Эйгер: Томас Хубер, Стефан Зигрист и Роджер Шали повторили на Северной стене шедевр Джеффа Лоу "Metanoia"



Маршрут был пройден соло за девять дней зимой 1991 года ведущим американским альпинистом. 29 - 30 декабря 2016 года немец Томас Хубер и швейцарцы Штефан Зигрист и Роджер Шали осуществили долгожданный повтор Metanoia.


Лоу пролез прямо между японским м-том и м-том Харлина, без болтов и перил, а затем погода испортилась, что привело к почти фатальному падению в последний день на стене. В итоге он совершил с 27 февраля по 4 марта 1991 года дерзкое, новаторское восхождение, особенно в плане стиля, которое заставило его самого взглянуть на жизнь иначе.

Со временем маршрут стал легендой, поскольку его многократно пытались пройти, но безуспешно. И вот, в конце декабря Хубер, Шали и Зигрист предприняли попытку, но были вынуждены прервать примерно в 70 метрах слева от центральной полки после ночевки, в связи с ухудшением погоды . Вторая попытка последовала 28 декабря, но тоже была превана из-за шторма. Наконец, трио возвращается 29 декабря и, поднявшись непосредственно из Stollenloch, приступает к третьей попытке. После ночевки недалеко от центральнй полки тройка достигла вершины вечером 30 декабря 2016.

Джефф Лоу, которому 16 лет назад был поставлен диагноз нейро-дегенеративных расстройства, привязавший его к инвалидной коляске, по понятным причинам был взволнован первым повторением его "Metanoia". Он заявил: "Томас Хубер порадовал хорошей новостью , что он, Роджер Шали и Штефан Зигрист преуспели на" Metanoia". Я счастлив и удовлетворен тем , что они согласны, что маршрут трудный, дерзкий, красивый и "с изюминкой". То, что они подтвердили эти качества Metanoia, очень приятно и довольно скромно. Главное, Томас понимает, что этим восхождением я пытался создать пример того, как альпинисты могут проходить маршруты, не принося ущерба горам, сознательным способом, где в почете дух экстремального альпинизма ".

А вот и отчет:



Томас Хубер

EIGER Metanoia

Категории 7 / A4 / M6 звучат довольно авантюрно. Особенно на 1800-метровой северной стене Эйгера. За ними - таинственное имя: Metanoia. Это греческий термин и означает фундаментальное изменения мышления, новый взгляд на мир. Маршрут обещает быть непростым приключением.

Джефф Лоу, исключительный американский альпинист, смог решить эту задачу в одиночку, на заснеженной северной стене Эйгера в феврале 1991 года. Его целью была прямая пройденная линия на вершину. Его жизнь была чрезвычайно турбулентна в то время. Все рушилось - и личная жизнь, и финансовое положение. Кое-кто из друзей считал, что данная попытка - это просто самоубийство. Однако, в суровой реальности Джефф работал как часовой механизм в крутом, ледяном мире северной стены Эйгера. Он мужественно боролся со штормами, покрытыми снегом горными плитами, а также участками технического лазания до А4, часто без надежной страховки. Это было не "восхождение на грани", как мы, альпинисты, любим именовать приключения подобного рода. Джефф был в совершенно другом мире, далеком от обычной реальности. Только ваши собственные инстинкты да интуиция помогают оставаться в живых. Его любовь к дочери была его единственным соединением с "нормальным" миром.

Джефф достиг вершины через девять дней. Его друзья вернули его обратно в мир на вертолете, как раз перед тем, как следующий шторм ударил Эйгер. Он назвал маршрут девять дней вакуума "Metanoia." И...в его жизни появилась новая перспектива. Он стал напряженно работать над проблемами ментального настроя, очень углубленно и чувствительно, но в то же время эта работа доставляла удовольствие.

Его история вдохновила и заинтересовала меня. Точных описаний маршрута не было. Никто не мог сказать, насколько он сложен. Его много раз пытались пройти, но никому не удалось. Да еще это таинственное имя. Звучит как шлюз к фундаментальным прозрениям!

Швейцарский альпинист Штефан Зигрист, который был на Эйгере более 30 раз, был сразу же захвачен идеей. Он привел еще одного швейцарца - Роджера Шали, который дважды ходил соседнюю японскую диретиссиму. Джефф дал мне ценные советы по маршруту. Так вот приключение Metanoia смогло начаться!

Я поехал в Швейцарию за неделю до Рождества, стояла прекрасная погода. "Сейчас или никогда!" Мы поднялись по конртрфорсу северной стены Эйгера при свете налобных фонариков, и траверсировали сложную трещину влево, первую веревку м-та Хекмаера, до нависания Toni-Kurz.. Весьма неприятно стоять под тем местом, где альпинист Тони Курц умер ровно 80 лет назад, вися на веревке перед своими спасателями, произнося свои последние слова: "Не могу больше."

Рассвело, было тихо, все было хорошо. Я забрался дальше налево, к началу Metanoia Джеффа, спокойно думая о доме. Штеф был готов лидировать. Было холодно, ветра нет, прекрасная погода! Роджер страховал, я замерзал, а Штеф шел первую веревку по хорошим скалам. Прохождение этого участка м-та облегчила найденная старая веревка, вся в узлах. Мы продвигались быстрее, чем предполагали, но эта веревочка уничтожила приключение. И мы ее отрезали, где позволил наш нож. Затем сделали Hinterstoisser траверс. Роджер был занят крючьями да брызгами в течение следующих 35 метров и двух часов. И тут мы поняли, как тяжело было Джеффу тогда!

Дни коротки, мы подошли к концу второго ледового поля, когда солнце зашло.Устроились на ночлег после часовой колки льда, и не могли дождаться горячего супа. Роджер и Штеф, из которых оба провели бесчисленное количество часов на ночевках на этой стене, рассказывали анекдоты, смеялись и чувствовали себя комфортно. Мне же было немного тревожно. Мы были, в конце концов, на стене стен, на Эйгере. Я был здесь с моим братом Александром и друзьями из Берхтесгадена ровно 20 лет назад зимой. Нам понадобилось 3 дня в условиях экстремально низких температур, чтобы подняться по классическому м-ту Хекмаера! Сегодня условия гораздо лучше, практически идеальные. Но мы нацелились на один из самых сложных маршрутов на Эйгере, на диретиссиму, на Metanoia. Я мог едва разглядеть выступающий рельеф скалы над нами. Она выглядела угрожающе, жесткой и безумной. Я тщился смеяться над шутками время от времени, но был изрядно погружен в историю Джеффа. Наши спальные мешки сделали ночевку терпимой. У нас есть поговорка: "A good one sucks it up and doesn't complain." Но на самом деле никто из нас не мог заснуть. Metanoia был в наших умах, не покидая наши мечты даже ночью. Может быть, вечерние шутки были способом борьбы со стрессом, учитывая, что ждало нас дальше...

Мы покинули тепло наших спальных мешков в 5 утра, в холод ночи. Горелка шипела под талым снегом. В 5-30 мы выпили немного теплого кофе, съели батончик гранолы и вышли. Двигались зигзагами по микстовым кулуарам и небольшим ледовым полям до первой большой части стены. Я приготовил двойной набор камалотов, стопперов, крючьев и клювов. Я был готов к Metanoia! Четыре веревки - четыре часа, и стена приготовила все, что только возможно: участки, где падение не вариант, по крайней мере, не слишком безболезненный, траверсы с веревкой, технические проходы, перебежки по ненадежной скале с иллюзорной страховкой в сомнительной породе. Рельеф над нами слегка лег. Я был очень рад, что все прошло хорошо. Я был полностью истощен психически. Штеф немедленно взял на себя инициативу. Было бы хорошо добраться до центральной полки, там лучшая возможность найти место для бивака. Мы поняли, что нам предстоит. Наша команда действовала отлично, мы дополняли друг друга. Опыт Штефа и Роджера на Эйгере очень пригодился. У нас было то, чего не было у Джеффа. Он был один, он никогда до того не был на стене, он мог рассчитывать только на себя. Я попытался представить себя на его месте после каждого жесткого прохода, который лежал у меня за спиной. Его борьба проходила перед моим внутренним взором, как в кино. То, что он совершил, на самом деле просто безумие.

Штеф поднялся по крутому льду и хрупкой черной породе к центральной полке, когда звезды сверкали над нами. Дни короткие, чертовски короткие! Всего только 5 вечера, а вокруг черно, как смоль. "Центральная полка" не оправдывает свое имя. Она маленькая, косая, тут нет места для бивака для троих. Роджер прошел 70 метров по горизонтали влево. Наконец хорошее место для нашего ночного отдыха. Было уже 7 вечера, когда мы дошли до него, и начал идти снег. Отличное место там! Могучий свес защищал нас от камнепадов и брызг, стена ниже нас ломалась наклоном вниз. Оазис в диком мире Эйгера, наше орлиное гнездо. Мы ели, но шутили совсем чуть-чуть. Мы попросили Карла Габла дать нам прогноз погоды, и он предсказал бурю. Снег не будет проблемой, он закончится в течение ночи. А вот ветер будет дуть с юга. Это означало фен, альпийский шторм, со скоростью ветра до 60, 70 километров в час. Штеф сказал, что шансов у нас не будет. В районе вершины идти будет невозможно, да еще камнепады, которые может вызвать ветер... Мы ютились в спальных мешках, упав духом. И вдруг стало светло как днем. И это был не сон. Вертолет пролетел перед нами в снежной метели, и осветил наш бивак своими прожекторами. Мы дали знак, что все в порядке. Мы не были объектом его ночного поиска. Он подлетел к Exit Cracks. Мы стали свидетелями спасения двух восходителей на тросе с м-та Паук в течение следующего часа. Ночью, во время снегопада. Невероятно! Была почти полночь, пол ночи прошло. Наконец, стало тихо, падающий снег создавал ощущение Рождества.

Многое изменилось на северной стене ранним утром. Черный, угрожающий бастион над нами был белым от снега. Было ветрено, облака окружили нас, и это было очень неудобно. Одним словом, была зима! Нехороший день для Эйгера. Единственным разумным решением было отступить. Мы начали спуск сомнительными дюльферами. Постоянно были в снежно-пылевых лавинах и брызгах. Мы пересекли ледяные поля к Hinterstoisser Traverse, затем трудную трещину. Наконец, достигли Stollenloch через восемь часов. Мы были в безопасности, и единственное, к чему мы стремились, было Рождество дома. Скорость ветра, измеренная в области пика Эйгер в тот день была 180 километров в час.

Погода дала нам еще один шанс сразу после сочельника 27 декабря. Metanoia не давал нам уйти. Опять были ниже Toni-Kurz-выступа. Мы провесили первые веревки, чтобы пройти это завтра! Наша новая стратегия состояла в том, чтобы пройти стену с единственной ночевкой. Сегодня Роджер лидировал. Сложное приключение, с крючьями, микстами. Времени заняло немало, т.к. мы срезали веревки на многих участках. Было холодно, но нам удалось сделать именно то, что мы планировали.

Шторм снова ударил 28-го. Мы прошли контрфорс и опять попали в вихри и снежно-пылевые лавины со всех сторон. Не было никакого смысла в продолжении. Мы бежали в Stollenloch. Мы сидели перед швейцарскими хаш браунс и пивом два часа спустя. В тот день шансов не было. Но если мы хотели провести новогоднюю ночь со своей семьей, то, начиная с этого момента, все должно было быть идеально.

29 декабря ветер успокоился, и Карл дал нам зеленый свет на ближайшие дни. Мы выбрали кратчайший путь, и полезли на стену непосредственно из Stollenloch. Пересекли ледяные поля выше наших перил. Через два часа мы снова были на нашем маршруте, работая связкой. Наша цель состояла в том, чтобы добраться до центральной полки и нашего бивака в Орлином гнезде. Каждый из нас лидировал там же, где за неделю до этого. Шлось быстро, настроение отличное. Мы достигли центральной полки в 4 вечера. Штеф повесил следующую веревку, пока я траверсировал к месту ночевки 70 метров влево. Мы назвали этот участок "Траверс Орла". Звезды снова сверкали в небе. Свет Гриндельвальда искрился под нами. Множество людей внизу готовились к новому году или сидели с друзьями, говорили об уходящем годе за пивом. Мы залегли в наших спальных мешках в совершенно иной реальности, в мире Metanoia.

На следующий день, 30-го, Штеф был на острие атаки и нашел путь Джеффа через хрупкие трещины и двугранные углы. Я взял на себя обратный Траверс Орла. Роджер снова взял на себя инициативу после двух веревок. Небольшая перебежка по плите, а затем нависающая воронка. Джефф описал это как прекраснейший участок маршрута. По мне, так прекрасное - это что-то совсем другое. Здесь все ненадежно, паршивые скалы. Это опасно и очень круто. Роджер поднялся на полную 60-метрову веревку к Hermit Cave, ниже Fly, небольшого ледового поля справа вверху Паука. Джефф провел целых две ночи в этом углублении. А мы только несколько минут здесь. Было два часа, и у нас был шанс достичь вершины в тот же день. Мы поднялись по небольшому ледяному полю Fly к Exit Cracks. Еще одна трудная веревка, и мы добрались до японского м-та Direttissima. Роджер хорошо его знает. Он был нашим джокером в тот день. Он поднимался быстро, и прошел до последнего ледового поля вдоль старых перил. Джефф оставил здесь свой рюкзак. Этот момент воссоздал в 2011 году Джош Вартон, делая документальный фильм "Metanoia." Мы поднимались последние 20 метров в сумерках. И вот последний знак Джеффа: старый бонг с синей маркировкой. Он солировал отсюда на вершину после девяти дней на стене, к жизни.

Позади холодное приключение- сумасшедший маршрут по северной стене Эйгера! Солнце, которое уже заходило, оставило небо в нереальном свете. Сегодня мы поняли, почему это называется "Metanoia."

С Metanoia Джефф смог доказать, что если хотеть, можно достичь невозможного. Этим восхождением он установил новые стандарты в альпинизме. Metanoia, новый способ видеть мир, и теперь этот новый стиль мышления помогает Джеффу в его борьбе с болезнью - с помощью радушия, мужества и любви. Это вдохновляет и меня в моей жизни. Мы, Штеф Роджер и я, благодарны, чтоб получили возможность прожить Metanoia в течение пяти дней. Завтра мы отмечаем Новый год!

Источник: planetmountain.com

перевод: Елена Лалетина

Источник: http://russianclimb.com





Комментарии (1)

Всего: 1 комментарий
#1 | Камиль »» | 10.01.2017 10:31 | ответить
  
1
Здорово!)
 
© climbing.ru 2012 - 2017, создание портала - Vinchi Group & MySites
Экстремальный портал VVV.RU ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU