Зимнее восхождение на K2. Международная экспедиция 2019.

Пресс-релиз

Зимние высотные восхождения считаются в высшей степени сложными и престижными. Они под силу только альпинистам экстра-класса. На данный момент времени вторая по высоте вершина планеты К2 (8611 м), расположенная в Каракоруме на границе Китая и Пакистана — это единственный восьмитысячник, на который пока никто не смог подняться зимой. Пять экспедиций пытались решить эту задачу, но безуспешно.

1987-1988 Польская национальная экспедиция со стороны Пакистана, под руководством Анджея Завады. Достигнута отметка 7300 метров

2002-2003 Польская экспедиция со стороны Китая, под руководством Кшиштофа Велицкого. Достигнута отметка 7650 метров

2011-2012 Российская национальная экспедиция со стороны Пакистана, под руководством Виктора Козлова. Достигнута отметка 7200 метров

2014-2015 Экспедиция со стороны Китая не состоялась — китайские власти отказали в выдаче пермита

2017-2018 Польская национальная экспедиция со стороны Пакистана, под руководством Кшиштофа Велицкого. Достигнута отметка 7400 метров

Команда сильнейших альпинистов-высотников из Казахстана, России и Киргизии готовится к новой попытке подняться на восьмитысячник K2 в зимний период 2019. Каждый из участников понимает, какой риск представляет такое восхождение, но желание достичь зимой вершины этой великой горы и оставить след в истории мирового альпинизма — дело чести и гордость для России, Казахстана и Киргизии.

Команда бросает вызов:
- Высоте с разреженным воздухом (участники не будут пользоваться кислородом в баллонах)
- Технической сложности маршрутов, ведущих на вершину
- Преобладающим в это время года сильным ветрам со скоростью до 200 км/ч
- Средней температуре -40С
- Воде только в виде льда и снега
- Полной автономности экспедиции
- Холодовой усталости (двухмесячное проживание в палатках в базовом лагере на леднике и в высотных лагерях, где согреться можно в основном лишь энергией собственного тела)
Маршрут восхождения к вершине из базового лагеря включает в себя четыре промежуточных лагеря. Решение о выборе пути подъема будет приниматься на месте.

Все участники имеют солидный опыт восхождений на вершины выше 7000м, в составе команды есть участники проекта
"Зимний Снежный Барс", а капитан команды Василий Пивцов поднялся на все 14 высочайших вершин мира без использования искусственного кислорода. (#26 в списке «Quest-14»). Т.о., команда имеет хорошие шансы на успех данной экспедиции.

Команда готова сотрудничать по всем направлениям со спонсорами, заинтересованным в поддержке проекта – производителями снаряжения и высотной экипировки, энергетических напитков, автомобилей, обрудования для съемок, телекоммуникационными компаниями, телеканалами, информагентствами и т.д.

Зимнее восхождение сильной команды на К2, к которому в течение нескольких месяцев будет приковано внимание широкой аудитории во всем мире - отличная возможность для спонсоров заявить о себе.

Контакты:
Winter K2 expedition 2019
Артем Браун, организатор, участник экспедиции winterk2exp2019@gmail.com
Елена Лалетина, пресс-секретарь экспедиции info@russianclimb.com
WhatsApp account +79052744072

Источник: http://www.russianclimb.com/k2winter/2019/press_release1.html

Комментарии участника: Андрей Бузик (94)

Всего: 94 комментариявсе комментарии ( 106 )
#1 | Андрей Бузик | 12.10.2018 10:00
  
1
К2. Международная зимняя экспедиция 2019 В команде новый участник - Павел Воробьев, 1968 г.р., Россия.
Pavel Vorobjev, 1968
#2 | Андрей Бузик | 13.10.2018 09:45
  
0
К2. Международная зимняя экспедиция 2019 Сегодня экспресс-знакомство с казахстанской частью команжы, которых представляет вам Галина Муленкова

Знакомство с командой.
Команда собралась непростая. То, что участники из разных государств - это, кажется, вообще никаких сложностей не сулит, но они все разные - с разным опытом, возрастом, лидерскими качествами и т.д.

Одних знают все - например члена элитного клуба Q14 Василия Пивцова, а других только те, кто бывает на семитысячниках бывшего СССР, или вхож в альпинистскую тусовку Алма-Аты или Бишкека.

Сегодня экспресс-знакомство с казахстанской частью команды, которую представляет вам Галина Муленкова, пожалуй, самый заслуженный альпинистский журналист на постсоветском пространстве.
Дмитрий Муравьев
- Готов ли ты к зимнему К2? И скромный, непритязательный Дима Муравьев, которому перевалило за полтинник, ответил: - А кто готов, если не я?

У меня много зимних экспедиций. Трижды я ходил на Мраморную, и один раз это был траверс Карлытау - Мраморная стена, взошел на Ленина и Хан-Тенгри, была пара неудачных попыток подняться зимой на Победу, где летом я побывал четыре раза. Кстати, Василия Пивцова первый раз на этот семитысячник водил я.

В 95-ом зимой сходил на Манаслу в составе команды под руководством Казбека Валиева.

В 97-ом в составе сборной Казахстан взошел на Эверест.

А все минувшее лето я провел в горах. Работал с молодежью по программе, посвященной 20-летию Астаны. Мы ходили в Сайраме, отработали на двух альпиниадах в Заилийском Алатау, где провешивали маршруты и чистили их от камней. Потом поехали на Центральный Тянь-Шань, под Мраморную стену, и ребята постарше совершили первопроход на пик Баянкол со стороны ледника Северный Иныльчек ориентировочно 5 Б категории сложности.

Я не мечтал о К2, но мне интересно попробовать свои силы на этой горе.

Ильдар Габбасов
Ильдар Габбасов в 2010 году заболел на Лхоцзе еще до порога в семь тысяч метров. Других попыток взойти на восьмитысячник у него пока не было.

- В зимнее время я прошел Северную стену Хан-Тенгри, был зимой на пике Ленина, а минувшим летом водил на гору клиентов.

Как инструктор альпинизма, я провожу в горах по полгода и полагаю, что готов к работе на большой высоте. На мой взгляд, восхождение на К2 зимой - это высочайшее достижение в современном мировом альпинизме, и мне бы очень хотелось в этом участвовать.

Инструктор альпинизма Турсунали Аубакиров тренируется в ЦСКА у Артема Скопина. Он признался, что не питает особых иллюзий, но поставил перед собой высокую цель сделать все, от него зависящее, чтобы команда добилась успеха.
Ткпсунали Аубакиров
- В составе экспедиции ребята покруче меня. Я ходил зимой на Мраморную стену и на пик Ленина, и на семи тысячах чувствовал себя хорошо, а поэтому согласился участвовать в экспедиции на К2. Но я еще никогда не был на восьми тысячах, и может оказаться так, что я не потяну такую высоту. Но кто не мечтает о Гималаях? И я постараюсь выложиться.
Василий Пивцов
Василий Пивцов: "Самая большая проблема- найти деньги, а зима уже близко. В основной состав вошли люди, которые готовились к зимним восхождениям на семитысячники, участвовали в программе «Зимний снежный барс», и на эту тему у меня нет переживаний.

- Планируете ли вы брать кислород для медицинских целей?
- Да, планируем.
#5 | Андрей Бузик | 11.11.2018 07:43
  
0
10 ноября, 2018 К2. Международная зимняя экспедиция 2019 Портеры сделали заброску грузов в базовый лагерь - кухню, палатки, керосин и т.д.
#6 | Андрей Бузик | 15.11.2018 09:19
  
0
Winter K2: Artem Braun Says It s Now or Never (interview for ExplorersWeb)
Angela Benavides
After many headaches and uncertainties, the winter K2 expedition is ready to start climbing in January, according to organizer Artem Braun. Porters reached Base Camp last weekend, the preliminary permit fees have been paid and the final multinational team — from Russia, Kazakhstan and Kyrgyzstan — is in place. Before heading off to the Karakorum, Braun spoke to ExplorersWeb:

EW: How are the preparations going?

AB: Everyone is looking forward to setting off. As for logistics, well, there are so many issues to worry about that I have the feeling that we have are already started the expedition.

EW: Why have all the attempts to summit K2 in winter been unsuccessful? Is there something that has to be done differently?

AB: In winter especially, a lot of things are determined by weather and luck. Several times, the teams had the desire and fitness, but all roads to the top remained closed.

EW: Adam Bielecki said recently that no one can summit K2 in winter on their first attempt, but chances increase on the second try. Do you agree?

AB: I repeat: It’s all about weather and luck. I can’t argue with Adam, but the fact is, I personally have never have tried winter K2 before. On the other hand, one member of the team will be on his seventh(!) visit to the mountain, so what does that mean regarding our chances?
EW: Are you intending to do something differently than the Polish team that tried earlier this year?

AB: First, since everything is so difficult, you need to follow the classic route. Second, it takes a team of fighters to tackle such challenge. And considering how many obstacles we’ve had to overcome just to launch this expedition, we are determined to give it 100 percent, because we will not get a second chance.

EW: Big teams are notoriously complicated to manage. What is the key to holding the team together?

AB: First of all, we are all friends. We’ve climbed together a lot and we are comfortable with each other. There are people in our team in whom I believe more than in myself. Second, we all originally came from the same country [the Soviet Union], where nationality played no role. You could say that we all share the same climbing nationality.

EW: Will you use bottled O2?

AB: No. We’ll only have emergency supplies.

EW: In your opinion, is this all about success or failure? In other words, summit equals success and no summit equals failure, or is it more complicated than that?

AB: Of course, everyone wants to succeed. The main thing is deriving satisfaction from work done … [and] building memories that will stay with you forever.

EW: Are there a lot of expectations among the countries involved, or is the attention focused on other sports?

AB: There is absolutely no attention paid to our expedition. A lot of people try to help us, but almost all of them are climbers. Clearly, we have a lot of work still to do there. We really need more public support because we are trying to achieve the impossible, or at least what has proven impossible so far. So, hey, follow us: we’re on Instagram at @winterk2exp2019

----------------------------------------------------------------------------------------------------

После множества проблем и неопределенностей зимняя экспедиция на K2 готова стартовать в январе, по словам организатора Артема Брауна. В минувшие выходные носильщики добрались до базового лагеря, была внесена предоплата за пермит для международной команды из России, Казахстана и Киргизии. Прежде чем отправиться в Каракорум, Браун поговорил с ExplorersWeb:

EW: как идет подготовка?

АБ: все с нетерпением ждут начала. Что касается логистики, уже так много вопросов, которые необходимо решать, что у меня такое ощущение, что мы уже начали экспедицию.

EW: почему все попытки покорить К2 зимой были неудачными? Есть что-то, что должно быть сделано по-другому?

АБ: многое определяется погодой и везением, особенно зимой. У нескольких команд была и мотивация, и отличная подготовка, но все пути наверх оставались закрытыми.

EW: Адам Белецкий недавно сказал, что никто не может достичь вершины K2 зимой с первой попытки, но шансы увеличиваются со второй попытки. Вы согласны?

АБ: повторяю, все дело в погоде и везении. Я не могу спорить с Адамом, лично я никогда раньше не пробовал зимнюю K2. С другой стороны, один член нашей команды будет в седьмой раз на этой горе, так что это значит относительно наших шансов?
EW: вы собираетесь сделать что-то иначе, чем польская команда, которая делала попытку в начале этого года?

АБ: во-первых, поскольку все так сложно, нужно следовать классическому маршруту. Во-вторых, для решения такой задачи требуется команда бойцов. И учитывая, сколько препятствий нам пришлось преодолеть, чтобы запустить эту экспедицию, мы полны решимости выложиться на 100 процентов, потому что второго шанса у нас не будет.

EW: большие команды, как известно, сложны в управлении. Что является ключом к удержанию команды вместе?

АБ: во-первых, мы все друзья. Мы вместе ходили на горы, и нам комфортно друг с другом. В нашей команде есть люди, в которых я верю больше, чем в себя. Во-вторых, мы все родом из одной страны [Советского Союза], где национальность не играла никакой роли. Можно сказать, что мы все одной национальности.

EW: вы будете использовать кислород в баллонах?

АБ: нет. У нас будет только небольшой запас для медицинских целей.

EW: что для вас будет успехом или неудачей? Другими словами, вершина - это успех, а недостижение вершины - провал, или все сложнее?

АБ: конечно, все хотят добиться успеха. Главное - получить удовлетворение от проделанной работы ... [и] чтобы остались воспоминания, навсегда.

EW: много ли внимания, ожиданий в России, Казахстане и Киргизии? или внимание там сосредоточено на других видах спорта?

АБ: нашей экспедиции абсолютно не уделяется внимания. Многие пытаются нам помочь, но почти все они альпинисты. Очевидно, что нам еще многое предстоит сделать. Нам действительно нужно больше общественной поддержки, потому что мы пытаемся достичь невозможного, или, по крайней мере, того, что до сих пор оказалось невозможным. Итак, следуйте за нами: мы на Instagram в @winterk2exp2019

Перевод Елены Лалетиной (RussianClimb.com
#7 | Андрей Бузик | 21.11.2018 09:32
  
1
Дмитрий Муравьев: "Одним из критериев отбора кандидатов была способность участника работать именно на команду".
Интервью для Russianclimb.com.

С Димой беседовал Владимир Фролов ЗМС по альпинизму Республики Казахстан (удостоен этого звания в 23 года!), член сборной команды Казахстана по альпинизму в период с 94 по 98 гг, неоднократный призер чемпионатов СНГ по альпинизму (в составе команды ЦСКА) В 97 году в составе национальной сборной взошел на Эверест. Потом стал тренером по альпинизму.

8 декабря 1995 г. казахстанская команда стояла на вершине Манаслу. Дмитрий Муравьев был в ее составе. Восхождение было совершено без дополнительного кислорода.
Дмитрий Муравьев
ВФ: Дима, привет! Большое спасибо за то, что нашёл время для этого интервью! Поскольку цель вашей экспедиции зимнее восхождение на К2, то я решил начать с вопроса о том, какой промежуток времени правильнее считать Зимним сезоном . Известно, что одни люди склоняются к мнению, что "Зимний сезон" длится с 22 декабря по 21 марта, другие утверждают, что зимними могут по праву считаться только восхождения, сделанные с 1го декабря по конец февраля. Этот вопрос, насколько я помню, фигурировал и во время последней польской экспедиции на К2. А каково твоё мнение на этот счёт?
ДМ: В альпинизме, на постсоветском пространстве, зимним сезоном в горах принято считать период с середины ноября до 15 марта. Восхождения, сделанные в этот период, засчитываются как зимние. Мы планируем уложиться в календарные сроки, т.е. начать в начале января и закончить до первого марта. Есть альпинисты, которые считают тот или иной период зимним, есть обыватели, у которых своё мнение, а есть горы и реальные условия. Т. е. бывает в конце октября или ноябре погодные условия никак не уступают декабрьским или январским. Высотные зимние восхождения, в которых я принимал участие в организации, совершались в конце февраля, по причине того что световой день увеличивается, а средняя температура растёт. Погода в конце февраля гораздо комфортнее, чем в конце декабря или в январе.

ВФ: А лично для тебя вопрос того, в какие даты надо уложиться, не стоит остро в предстоящей экспедиции?
ДМ: Чтобы таких вопросов не возникало, мы будем стараться уложиться в календарную зиму. Одна из моих попыток восхождения на Победу прервалась, в том числе, из-за того, что выход на вершину приходился на начало марта. Мы пришли к выводу, что больше двух месяцев неоправдано сложно и опасно работать на высоте в зимних условиях. То есть, либо надо совершить восхождение до начала марта, либо уезжать домой.

ВФ: Кстати о команде. Ты не мог бы рассказать, как сформировалась команда на К2?
На первый взгляд команда получается разношерстная; мало того, что тут собрались люди из трёх стран, так они ещё представляют собой практически три поколения, с разницей между поколениями примерно лет по десять. И, как мне кажется, все эти люди могут также рассматриваться как представители разных школ альпинизма. Тебе так не кажется?
ДМ: Нет, я так не считаю. По большому счёту школа у всех одна советская, даже если взять молодых участников. У казахов хорошо схоженная команда. У нас есть масса совместных восхождений, причём именно высотных и именно зимних. Все друг друга очень хорошо знают. С киргизами у нас тоже очень много контактов и совместных восхождений, у них, кстати, тоже хороший опыт высотных зимних восхождений. К примеру, с Сергеем Селивёрстовым у нас есть совместные восхождения, в том числе попытка восхождения на зимнюю Победу. Он очень часто приезжает в Казахстан на соревнования с альпинистами из Киргизии. Что касается россиян, то я лично знаком и ходил с Артёмом Брауном, и в попытке на зимнюю Победу он тоже участвовал. Все члены команды пересекались в экспедициях или имеют опыт совместных восхождений.

ВФ: Т.е. вопроса схоженности, разницы менталитетов не возникнет на горе?
ДМ: Одним из критериев выбора кандидатов в команду была способность участника работать именно на команду. Многие ведь задавали вопросы типа почему Дениса Урубко нет в команде? . Денис, безусловно, сильный спортсмен, один из лучших в мировом высотном альпинизме. Но

ВФ: Но?
ДМ: Денис не командный игрок, а мы создаём команду. Уверен, что амбиции будут зашкаливать. Команда тем и сильна, что каждый участник работает на результат команды, а на себя в том числе.

ВФ: А какие-нибудь слабые стороны команды ты видишь на данный момент? Какие-то качества, которые стоит усилить в команде: физическую форму, психологические, опыт нарастить в чём-то?
ДМ: Я бы определил сложности экспедиции так: слабое финансирование, сжатые сроки подготовки и, в связи с этим, страдает экипировка и проведение совместных сборов Выезжая на серьёзную гору, полезно ещё раз взглянуть на себя и партнёров. На таких совместных сборах становится понятным возможно кто-то в этом году не в форме, у кого-то она наоборот превосходная. Кто-то приболел, элементарный насморк, что-нибудь ещё, что может сказаться на общем итоге. Совместные сборы хорошая возможность устранить нюансы, которые не увидишь и не обсудишь ни по телефону, ни по вотсапу.

ВФ: Я как раз и хотел спросить, не планируется ли сделать предварительные совместные сборы перед К2? Не было ли этого в общих планах подготовки к экспедиции?
ДМ: Так надо делать. Считаю экспедиция будет максимально продуктивной, если сборы провести в районе, где можно получить высотную акклиматизацию до 5500 -6000 м. Другой пробел - это экипировка. Понятно, что в команде взрослые, опытные люди, но снаряжение сейчас не у всех в идеальной комплектации и состоянии, и это будет сказываться на безопасности и результате.

ВФ: А экипировкой сейчас каждый сам по себе занимается?
ДМ: Получается так. Приходится рассчитывать каждому на себя. Возможно, что-то поменяется в этом плане.

ВФ: А вот если поговорить о маршруте восхождения. Я так понимаю, экспедиция будет проходить с Пакистанской стороны. Там, конечно же, вариант по ребру Абруццкого на первом месте. Далее, наверное, вариант Чесена. Остальные маршруты с Пакистанской стороны выглядят нереально.
ДМ: В этом вопросе я целиком полагаюсь на мнение Василия Пивцова. Он уже не один раз был в районе, и у него огромный опыт, в том числе, высотных зимних восхождений . Василий рекомендует маршрут Абруццкого. Не вижу места для обсуждений.

ВФ: Хорошо, ну а по стратегии, тактике восхождения вы что-то решили, или обсуждаете? По снаряжению, например: сколько веревки брать, по железу и прочему?
ДМ: Решили, теперь ребята ищут варианты финансирования, снабжения, приобретения общественного и личного снаряжения. Артём Браун, который является организатором экспедиции, занимается финансовой стороной. Более того, пока снег не лёг, Артём уже отправил часть груза в базовый лагерь, причем вложил в это личные деньги. Так что первый караван ушёл.

ВФ: То есть заброска уже сделана?
ДМ: Да, процесс идёт. Ты правильно заметил, что в экспедиции участвуют люди из трёх стран. Разумеется, каждая из этих трёх стран хотела бы организовать свою экспедицию. Но вопрос банальный не хватает спортсменов с нужной квалификацией на такую экспедицию. И это вопрос не финансовый, а вопрос подготовки и опыта (опыта зимних восхождений). Сейчас Скопин Артём развивает альпинизм у нас в стране, приходит молодёжь, есть весьма перспективные ребята. Имею намерение активно подключиться к этой задаче.

ВФ: И можно надеяться, что когда-нибудь они подрастут для таких восхождений?
ДМ: Это не такая уж отдалённая перспектива, кстати. Думаю, что в предстоящий летний сезон если ребята несколько семитысячников сходят, то следующей зимой можно будет уже что-то попробовать. Начать с пика Ленина или Хан-Тенгри по классике зимой, уже будет колоссальный опыт. Таким образом, через пару лет уже можно будет думать о чём-то более серьёзном.

ВФ: Слушай, а вы не обсуждали, как будут разбиваться группы? Я слышал, что будут группы по четыре человека, а тут как раз у вас получается четыре человека из Казахстана, четыре из России и так далее.
ДМ: Группы не будут формироваться по страновому признаку. Что касается тактики, то сейчас её рано ещё выстраивать, так как многое упирается в снаряжение, многое будет зависеть от общего количества высотных палаток. После первого, второго выходов уже будет видно какой темп движения оптимальный для зимних условий на К2. К тому же, возможно там, где мы планируем повесить верёвки, в реальности их вешать не придётся, и наоборот. От состояния маршрута многое зависит. Да и зима год на год не приходится.

ВФ: Ты имеешь в виду погоду?
ДМ: В 93м году мы ходили на Мраморную Стену под руководством Валерия Хрищатого. Погода во время восхождения была весьма суровой: холодно, очень сильный ветер. В районе 6 000 погиб участник; заболел, началось осложнение, спасти не успели. От восхождения, естественно, пришлось отказаться. После похорон, дней через десять, Ильинский Е.Т., будучи тренером суровым, отправил нас закончить зимнее восхождение. Что делать? Поехали обратно, пошли на гору. За десять дней погода настолько изменилась, что мы на вершине в одном поларе стояли. Конечно, рассуждать о тактике на маршруте, можно и нужно сейчас, но погода и состояние маршрута расставят всё по своим местам.

ВФ: В каком году ты пришёл в секцию альпинизма?
ДМ: В 1983 году. В 85м ушёл армию с неполным первым разрядом. Вернулся в 87 году и в 88 сходил на свой первый семитысячник пик Ленина.

ВФ: Ты всё это время в секции АДК числился? (АДК - Алматинский Домостроительный Комбинат - прим. ред)
ДМ: Да. В команду Ерванда Тихоновича я попал уже ближе к 93му году, когда Хрищатый В.Н. собирал команду на пик Е.Корженевской зимой, а зимнее восхождение на Мраморную Стену было акклиматизационным и отборочным. Предварительно предупредив своего тренера Юрия Давыдовича Черепинского, я подошёл к Ерванду Тихоновичу и попросил взять меня в команду на зимнюю Мраморную Стену. К тому моменту я уже был КМСом. Ильинский Е.Т. при мне позвонил Черепинскому Ю.Д., и они всё согласовали. "Хорошо, - говорит Ильинский Е.Т., - собирайся, через неделю выезжаем".

ВФ: Какой высотный опыт был у тебя до той зимней Мраморной?
ДМ: К тому времени я со своей секцией АДК успел сходить летом на пик Ленина и Хан-Тенгри.

ВФ:Ты был участником зимней экспедиции на Манаслу в 95м году. Это была довольно интересная экспедиция, но, в то же время, про неё практически ничего не написано. У Букреева в дневниках есть описание того восхождения, но, на мой взгляд, оно весьма лаконично. А ты мог бы рассказать что-то про ту экспедицию?
ДМ: Ты знаешь, мне не так давно довелось почитать дневники Шавхата Гатаулина о том восхождении. И я понял, что у нас сложились разные взгляды на неё; каждый воспринимал события со своей колокольни . Поэтому если я что-то и могу рассказать, то это будет сугубо моё, личное видение.

ВФ: Попробуй рассказать свою версию. Можно начать с того, как проводился отбор в команду?
ДМ: Давай начнём с того, что финансирование для той экспедиции пробивал Казбек Валиев. Он был руководителем и организатором экспедиции. И он определял состав команды. Были отборки, разумеется. В отборках участвовало порядка пятнадцати человек, из них брали лишь троих лучших. Остальной состав был уже утверждён заранее. Там уже были Юрий Моисеев, Анатолий Букреев, Владимир Сувига, Олег Маликов и так далее. Плюс троих лучших ещё бесплатно брали. У меня результат был четвертый. Поэтому мне надо было оплатить своё участие в экспедиции. Татьяна Наливайко непостижимым для меня образом привлекла деньги и оплатила моё участие в экспедиции. СПАСИБО ей огромное!

ВФ: Дима Греков, Миша Михайлов там тоже были? И Шавхат Гатаулин?
ДМ: Да. Михайлов, понятное дело, выиграл все забеги. У Грекова пятёрок бэ было больше, чем у меня единичек . Шавхат тоже был опытным перспективным спортсменом, сильным, и технически, и физически . Плюс высотный опыт у парней был хороший. Они по праву вошли в состав экспедиции.

ВФ: С точки зрения стратегии и тактики это было правильное восхождение?
ДМ: Да, восхождение было классическим. Казбек Валиев как спортсмен и как руководитель конечно имеет колоссальный опыт в альпинизме.

ВФ: Интересно было бы узнать подробнее про то восхождение. И потом попытаться провести некие параллели с готовящейся экспедицией на К2, если возможно. Может быть какие-то уроки упомянуть, которые ты вынес из того восхождения? Понятно, что потом у тебя был Эверест в 97м году. Но Манаслу была зимней. Может быть, есть какие-то яркие моменты, которые хотелось бы выделить?
ДМ: Если говорить о ярких моментах, то я, пожалуй упомяну только один момент, который нужно в пример ставить. Речь идёт о Дмитрие Грекове, его поступке на Манаслу. Тут надо учесть, что это был первый восьмитысячник для нас, нашего поколения. Естественно, амбиции зашкаливали, каждый хотел взойти. Но, тем не менее, когда Михаил Михайлов, почувствовав недомогание на штурмовом выходе, решил на гору не идти и повернул назад, то Греков вернулся с ним, отказавшись от восхождения. Греков не стал там ломать комедии типа пойти - не пойти , а просто решил сопровождать друга. Греков помог Михайлову спуститься в 3й (штурмовой) лагерь, и там они остались ожидать возвращения остальных. Они рассчитывали, что команда вернётся с вершины и поможет спуститься, разделив груз, учитывая состояние Михайлова.

А команда вернулась с горы, и пошла дальше, в лагерь 2. Грекову с Михайловым лишь сказали что-то типа: "Вы на гору не ходили, отдохнули, так что собирайте палатку сами и догоняйте нас". Случись подобное сейчас, я бы не допустил такой ситуации сразу на месте. А тогда, это я сейчас оправдываюсь, конечно, опыта у меня было мало, и понимание ситуации было другим. То есть, я понимал, что всё не так, но, в то же время, доверял решению тех людей, которые воплощают для нас историю нашего альпинизма, на которых мы равняемся.

Когда мне сказали идти дальше, я так и поступил. Остальные участники восхождения сделали так же. Это никак не оправдывает, конечно, ни меня, ни остальных. В итоге мы ушли в сторону лагеря 2, бросив Грекова с Михайловым собирать лагерь 3. Они в таком состоянии догнать нас не могли, видимость была плохая, погода испортилась, приближалась ночь. Спасло то, что в какой-то момент Казбек Валиев разглядел в подзорную трубу, что двое наших парней отстали, сорвались, задержались и сидят где-то выше на склоне. Как руководитель экспедиции, он приказал восстановить уже свёрнутый нами лагерь 2 и выйти на помощь. Анатолий Букреев с Шавхатом Гатаулиным вышли навстречу парням уже с фонариками. Самостоятелно Грекову с Михайловым было не дойти до лагеря 2, тем более что мы были уже готовы спускаться ниже, в лагерь 1. Уверен, что без вмешательства Казбека Шакимовича всё бы закончилось трагедией.
Но в целом организация экспедиции была на высоте. Но мы что-то отвлеклись от темы К2...

ВФ: Да нет, видишь ли, цель такой беседы - попытаться раскрыть характер человека, участника команды, который планирует идти на зимнюю К2. И то, что ты рассказываешь, отражает твои взгляды на разные вещи, понятия.
ДМ: Если говорить о взглядах и понятиях, то я бы привел в пример Тирольскую Декларацию. Это своего рода кодекс поведения в горах. Я считаю, что в ней очень грамотно сформулированы те нравственные принципы, которые созвучны с моими собственными взглядами. Ещё на заре создания секции альпинизма Тау намыс мы взяли за основу Тирольскую Декларацию и прописали её в нашем Положении по секции. Это принципы, которыми спортсмены нашей секции руководствуются в своей спортивной деятельности. Если взять ситуацию, которую мы до этого обсуждали, то в Декларации на этот счёт всё грамотно сформулировано - человеческая жизнь стоит в прерогативе, по отношению к спортивным достижениям. Для меня лично, если альпинист согласен с принципами, изложенными в Тирольской Декларации замечательно - я готов с ним работать.

ВФ: Что-то вроде Клятвы Гиппократа?
ДМ: Ну не клятва, конечно. В общем-то, человек может принимать изложенные там принципы, а может и не принимать.

ВФ: С одной стороны такие документы, безусловно, хороши. Но, с другой стороны, насколько серьёзно они воспринимаются людьми?
ДМ: Мне так представляется - если я обучаю и тренирую людей в альпинизме, то это моя ответственность привить спортсменам определённые моральные и нравственные ценности. Ведь родители, воспитывая детей, разъясняют что - хорошо, а что - плохо. Потом человек вырастает и все понятно. Либо он, я утрирую, мучает животных, либо содержит ветеринарную клинику. Всё зависит от того, какую мораль мы хотим донести до своих воспитанников. Если у меня не получается воспитать своих спортсменов должным образом, значит, плохой я руководитель и зря этим занялся. Не достаточно просто придерживаться тех правил, о которых мы говорим, надо ещё и доносить это до тех людей, кто с тобой рядом, кого ты взялся тренировать.

ВФ: Слушай, ну а вот моральные принципы Советской школы альпинизма, они разве не перекликаются с принципами, изложенными в Тирольской Декларации.
ДМ: Да, перекликаются, конечно. В нашей истории альпинизма существовала масса спортивных секций, в которых занимались очень достойные люди. Мне сложно представить, чтобы кто-то из этих людей мог бы поставить спортивные достижения выше человеческой жизни. Кстати говоря, лично себя спортсменом как таковым не считаю.

ВФ: Ты имеешь в виду, что альпинизм это образ жизни?
ДМ: Нет, совершенно другое. На мой взгляд, спортсмен это психология. Альпинизм тут стоит обособленно. Спортсмен должен добиться результата, даже если придётся переступить через товарища. Если мы с тобой два бегуна, я тебя должен обогнать любой ценой, если это силовой вид спорта, то я тебе должен ещё и по печени удар нанести, в игровых видах тоже свои способы есть, чтобы товарища из строя вывести на какое-то время, в водном поло, например - притопить. Я не критикую спортсменов, просто это не моё.

ВФ: Слушай, а вот что для тебя зимняя К2? Туда ты давно мечтаешь попасть?
ДМ: Не совсем. Мне всегда была близка идея Валерия Хрищатого касательно Зимнего Снежного Барса . Об этой идее мало кто знал, он её не особо афишировал. Ему не хватало только пика Корженевской для этого титула. На каком-то этапе эту идею поддержал Ринат Хайбуллин, он нашел деньги для нашей экспедиции, и нам удалось сходить траверс Карлы-Тау Мраморная Стена зимой 2000-2001 года (команда заняла 3е место в Открытом Чемпионате СНГ в высотном классе). Затем Ринат Хайбуллин также спонсировал экспедицию на Хан-Тенгри зимой 2001-2002 года. Вертолёта у нас не было, пешком с Баянкола через перевал Одинадцати дошли под Хан-Тенгри, поднялись на гору с севера и спустившись на ледник Южный Иныльчек своим ходом добрались до Майдаадыра, где нас забрала машина. На следующий год Ринат организовал зимнюю экспедицию на Победу, эта попытка дала неоценимый опыт так как без поддержки вертолёта задача усложняется.

Потом финансирование закончилось, но идея выполнить Зимнего Снежного Барса осталась. В 2015м Ильинский Е.Т. привлек деньги, организовал экспедицию, и у нас появилась возможность зимнего восхождения на пик Победы. Но успехом тогда эта попытка не увенчалась из-за погоды. Затем, в феврале 2017 года сходили пик Ленина. Хотелось бы всё-таки сходить зимнюю Победу, так как у "казахов" в "активе" зимней Победы пока ещё нет.

Для меня участие в зимней экспедиции на К2 это прежде всего колоссальный опыт. Такой цели как восхождение на К2 в зимних условиях, у меня не было. Не ожидал, что меня пригласят участвовать в этой экспедиции польщен, буду делать всё, что от меня зависит. Но, скажем так, если раньше ради Хан-Тенгри, Манаслу или Эвереста я мог, образно говоря, всё: продать квартиру, машину, бросить работу и так далее, то сейчас я не готов поставить всё на кон.

ВФ: Ну, может это и хорошо, такое трезвое отношение? Что нет ненужного фанатизма? Значит, меньше трагедий будет, люди домой вернутся.
ДМ: Хотел бы еще раз сказать, что меня эта экспедиция очень интересует с точки зрения опыта. Несомненно, что восхождение на К2 в летних условиях это уже показатель мирового уровня и высшего пилотажа . Зимой это восхождение становится ещё более уникальным. Думаю, будет с чем сравнить суровый климат Центрального Тянь-Шаня.

ВФ: Во всяком случае, за последние тридцать лет у четырёх экспедиций пока что ничего на зимней К2 не получилось. Дай Бог, у вас получится.
Спасибо большое за это интервью, за то, что нашёл время и желание для этого!

Источник: http://www.russianclimb.com/k2winter/2019/muraviov.html
#8 | Андрей Бузик | 12.12.2018 09:40
  
2
Экспедиция на "гору-убийцу": новосибирец готовится к восхождению на самый неприступный восьмитысячник планеты

К2 (Чогори) вторая после Эвереста вершина мира (8611 метров), но первая по неприступности и риску. Это единственный восьмитысячник мира, на вершину которого до сих пор никто не смог подняться зимой. Сильнейшие альпинисты-высотники из России, Киргизии и Казахстана решили объединиться и бросить вызов горе. В команду вошел новосибирец мастер спорта Роман Абилдаев. Он рассказал Тайге.инфо о шансах на успех и особенностях восхождения.

К2 находится в горной системе Каракорум на границе Пакистана и Китая. В широких кругах она известна как гора-убийца за высокую смертность 25% восходителей погибали.

За всю историю было предпринято четыре попытки зимних восхождений на гору, в том числе и российскими альпинистами, но все они оказались безуспешными: группам удавалось добраться лишь до отметки 7200 7650 метров. Новая попытка, на этот раз международной экспедиции, планируется с января по февраль 2019 года.

Тайга.инфо: Вы уже продумали тактический план восхождения? К чему готовитесь?
Зимой на К2 очень жесткие погодные условия: постоянно дует ураганный ветер до 200 км/ч (55 м/с), мороз от 40 градусов и ниже. Ну и, конечно, разреженный воздух. Долго находиться на такой высоте опасно для жизни. Мы собираемся восходить в гималайском стиле, без применения дополнительного кислорода. При работе на маршруте группы по два-три человека будут сменять друг друга и спускаться отдыхать в базовый лагерь на 5100 метров. Гималайский стиль заключается в осаде горы с установкой промежуточных лагерей. Мы закладываем на экспедицию два месяца. Этого времени должно хватить, чтобы акклиматизироваться и добраться до вершины.

Тайга.инфо: Кто инициировал экспедицию?
Роль организатора на себя взяли Артем Браун из Подмосковья и Василий Пивцов из Алматы, который уже не раз был в том районе и поднимался на К2 летом. На самом деле, людей, которые ходят зимнюю высоту, во всем мире не так много. От России еще будут участвовать Виталий Акимов и Павел Воробьев. А с Сергеем Селиверстовым и Мишей Даничкиным из Бишкека мы вместе ходили зимой на семитысячники, выполняя программу Зимнего Снежного барса ( Снежный барс неофициальный титул у альпинистов, означающий, что человек поднялся на все пять семитысячников на территории бывшего СССР).

Тайга.инфо: А сколько всего человек в команде?
Десять. Если экспедиция будет состоять, скажем, из двух человек суперкрутых высотников, которые ходят восьмитысячники, они на себе просто не унесут столько снаряжения. Такое восхождение может быть реализовано только силами большой слаженной команды. Сейчас реалии таковы, что собрать команду зимних высотников в масштабах одной (любой) страны не представляется возможным. Наша команда из трех стран, где все друг друга хорошо знают, имеет хорошие шансы на успех. В каждом из ребят я уверен, как в самом себе.

Тайга.инфо: Каким опытом должен обладать восходитель, чтобы быть готовым к зимней К2?
Нужно иметь высотный зимний опыт, чтобы знать, как действовать в любой ситуации, которая может возникнуть зимой в больших горах. Зимняя высота не терпит просчетов в тактике. Например, если ты недостаточно тепло оделся, то рискуешь обморозиться или простыть. И наоборот, оделся слишком тепло ты промок, потом охладился простыл получил отек легких умер. У всех участников команды есть опыт зимних семитысячников.

Тайга.инфо: Вы уже восходили зимой на семитысячники, но ни разу не были на восьмитысячнике, тем более зимнем. И вдруг бросаете вызов самой К2! Не страшно?
Страшно, конечно. Смелый же не тот, кто не боится, а тот, кто боится, но все равно идет, учитывая объективные опасности. Успехом экспедиции будет считаться, если хотя бы один участник команды сможет взойти на вершину. Для этого мы должны проделать огромную работу: установить лагеря, на технических участках провесить веревки, перенести наверх продукты и кислород. Для меня это шанс проявить себя на высоте, где я еще не был. Есть такая поговорка: высота проверяется высотой. И у каждого есть свой высотный порог, до которого он доходит без баллона с кислородом.

Тайга.инфо: То есть вы отдаете себе отчет, что можешь и не попасть на вершину?
Взойдешь на вершину или не взойдешь Это как вопрос Умеете ли вы играть на скрипке? Не знаю, не пробовал . Конечно, я хочу попасть на вершину. Ну, и раз уж на то пошло, чтобы как-то проявить себя на К2, для начала нужно туда поехать. Пока что у российской части команды недостаточно денег на участие в экспедиции. На каждого нужно 12 тысяч долларов. Мы вкладываем свои деньги, ведем диалог со спонсорами, которым интересно поучаствовать в таком мероприятии. Если кто-то готов неравнодушный готов нас поддержать, пусть связывается с нами в соцсетях. Еще мы открыли интернет-магазин, через который можно приобрести футболки и шапки с символикой экспедиции или просто перевести деньги в нашу поддержку.

Тайга.инфо: Что будет, если не удастся набрать нужную сумму?
Состав команды будет урезан и шансы взойти на вершину уменьшатся в разы.

Тайга.инфо: Как вы думаете, почему другие альпинисты не смогли взойти на К2?
Скорее всего, из-за погодных условий. Как я уже говорил, на К2 ветер может достигать 200 км/ч. При таком урагане находиться на горе нельзя. Надо что-то придумывать с ночевками, потому что снежные пещеры, которые лучше всего защищают от ветра, вырыть не получится снег сдувается со склонов. Мы будем ориентироваться на то, что его не будет: поднимаемся ставим промежуточный лагерь из палаток. Их можно в сложенном виде оставлять в чехлах там, на месте, придавив камнем, чтоб не унесло. Наша задача будет состоять в том, чтобы занести в лагеря необходимое снаряжение, а в штурмовой лагерь кислородные баллоны.

Тайга.инфо: У вас же планируется бескислородное восхождение. Зачем тогда баллоны?
Да, все верно. Мы будем подниматься без кислорода. Считается спортивным стилем, когда ты не используешь такого рода помогайки . Баллоны нужны на случай, если кому-то резко поплохеет на большой высоте. Ведь там даже легкий насморк может за считанные часы обернуться отеком легких дальше смерть. Здесь самое лучшее лечение баллон с кислородом и скорейший спуск вниз.

Тайга.инфо: Случалось, чтобы кто-то заболевал в команде на высоте?
Прошлой зимой после восхождения на пик Корженевской (7105 м) мы всей командой слегли с температурой 38 градусов. Нам повезло: как раз спустились в базовый лагерь, за несколько дней подлечились, переждали непогоду и уже окрепшие пошли на пик Коммунизма (7595 м).

Тайга.инфо: Если начался насморк или горло заболело, нужно сразу начинать спускаться вниз?
Да, если я замечу критическое для восхождения недомогание, однозначно вниз, с сопровождающим. В зимнем альпинизме нужно следить как за собой, так и за товарищами: ты можешь не заметить вовремя у себя обморожения или дефекта в снаряжении. Горы таких ошибок не прощают.

Тайга.инфо: Большие горы это всегда игра в рулетку. Насколько в альпинизме важна удача?
В нашем деле часто присутствует элемент удачи. Например, когда мы поднимались на пик Коммунизма год назад, разминулись с огромной лавиной, сошел целый склон, который мы пересекали за полчаса до этого. Если бы там находился человек, шансов выжить у него не было бы никаких.

Тайга.инфо: Как вы готовитесь к экспедиции, в частности, к испытаниям холодом?
Я все свободное время сижу возле батареи А если серьезно, хожу как можно чаще в горы, зимой регулярно бегаю на лыжах, езжу на алтайские водопады лазить по льду, летом много бегаю и лазаю по скалам. У казахстанских и киргизских альпинистов есть свои домашние горы , где можно тренироватьсяпостоянно.

Тайга.инфо: Чем вы занимаетесь в "мирной" жизни? У вас есть семья, работа?
Да, у меня есть жена Марина она тоже любит активный образ жизни, мастер спорта по альпинизму в классе скайраннинг, бегает триатлоны. У нас двое сыновей. Работаю я инженером.

Тайга.инфо: Вы бы хотели, чтобы ваши дети стали в будущем альпинистами?
Я хочу, чтобы мои дети были умными людьми. И постараюсь обеспечить им хорошее образование и дать какой-то стартовый толчок в развитии. А дальше они сами для себя выберут, чем заниматься. Конечно, сейчас они ездят с нами в горы на Алтай. Я считаю, это полезно для здоровья и кругозора.

Тайга.инфо: Сложно даже представить, насколько холодна может быть К2. Какая нужна одежда, чтобы не замерзнуть на восьмитысячнике? Как вы вообще согреваетесь в царстве снега и льда?
Экипировку нам предоставляют компании-спонсоры, за что им огромное спасибо, ведь она очень дорогая. Современная экипировка качественная и удобная для таких экстремальных условий. Одеваешься в пуховый комбинезон, как в скафандр, на лицо балаклава и горнолыжная маска, на руки перчатки и пуховые рукавицы, на ноги многослойные высотные ботинки, которые работают по принципу термоса. Фактически одеваешься, как космонавт, никаких открытых мест на теле не оставляешь.

Спим в теплых пуховых спальниках. Вечером и утром при помощи горелки создаем в палатке микроклимат, чтобы нормально вылезти из спальника, переодеться, покушать, высушить промокшие вещи. Лучше всего согревает горячий сладкий чай, алкоголь на восхождении не употребляем.

Тайга.инфо: А чем питаетесь на горе?
На высоте это сублимированная еда, которая мало весит и быстро готовится. Кочан капусты ты туда не потащишь из-за веса и объема. Воду получаем, только растопив лед. Наверх берем две-три горелки на палатку на них мы готовим еду и питье. Внизу, в базовом лагере, будет нормальное сбалансированное питание супчики, плов, пельмени.

Тайга.инфо: Можете сами себе ответить на вопрос: зачем идти на К2?
Восхождением на последний зимний восьмитысячник будет поставлена большая точка в истории зимних высотных подвигов. И я хочу быть частью этого. Хочу и могу.

Алёна Мартынова
https://tayga.info/144057
#9 | Андрей Бузик | 14.12.2018 08:52
  
2
Новосибирский альпинист-высотник готовится к зимнему восхождению на гору Чогори
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
 
© climbing.ru 2012 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites
Экстремальный портал VVV.RU ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU