Денис Урубко: Хотел как всегда, а получилось гораздо лучше

Еще в 1998 году Денис Урубко, приметил гигантские скальные и ледовые стены, в районе ущелья реки Левый Талгар. И вот недавно вместе с двумя молодыми альпинистами, он отправился в этот ранее неосвоенный район, где группа сделала несколько первопроходов. Об этом известный казахстанский альпинист рассказывает в своем блоге:
Часть первая:

“Секция альпинизма The North Face собралась после буйных месяцев. На вечеринке обмывали новую кухню Софии Юзеевой. А заодно, окончание летнего сезона в горах. Вместе мы были сами собой, говорили о жизни и маршрутах, наслаждались покоем и общением с друзьями. На экране телевизора (такого же нового, как и мебель на кухне) мелькали фотографии с пика Победы. Над верхним косяком двери трудился один из новоиспеченных Снежных Барсов – дружище Мурат Отепбаев устанавливал для Софико новенький турник для тренировок.
- Так не честно! – заявил Генка Дуров. – Если ей еще и турник, то она круче всех лазить станет.
- Парни на скалах угнаться не могут, - проворчал Никита Симонов.
- Пусть тренируются! – констатировал Мурат. – Пинать себя надо.

Вместе мы собирались традиционно. Компания подбиралась великолепная, девчата умудрялись вкусно накормить, а у парней всегда было вино и пиво. В общем – самый спортивный образ жизни, в традициях Старой Школы альпинизма. Сезон у большинства сложился удачно, и было, что отметить. Один я сидел с недовольной рожей, чем вызывал всеобщее сочувствие и неловкость.
Мне не с кем было ходить в горы. Возможно, покажется странным, но… Большая часть планировавшихся маршрутов в Заилийском Ала-Тау рухнули. Поездка на Кавказ тоже приказала долго жить. Кто-то работал, кто-то провел лето в экспедициях, у кого-то кружились жизненные проблемы… а мне было жаль упущенных возможностей.
- Поедешь на Или? – ни с того ни с сего вдруг, неожиданно для самого себя спросил Индиру. Это была многодетная мать с фигурой двадцатипятилетней девушки. И с такими же глазами. – На скалах полазаем.
- Легко! – вдруг ответила она. Проявляя двадцатипятилетний же менталитет. – Выезжаем завтра?
- Да, в пять часов утра, - просветлел я.

Можете представить удивление, когда на следующий день, вернувшись со скальной тренировки, я включил телефон. Тут же последовал звонок… номер был неизвестный.
- Алло! Это Никита, - ворвался молодой голос. – Ден, ты говорил, что на горы ходить не с кем. Мне очень хочется с тобой на маршрут. А куда отправимся?

Никита Симонов провел лето на леднике Южный Иныльчек. За сезон успев проучаствовать в массе спасательных работ и совершить восхождение на Хан-Тенгри. Увидав на вечеринке мой унылый вид, и услышав, что я сетую на отсутствие компании, он раздобыл номер телефона. И не поленился позвонить. А через пару часов еще раз вышел на связь, и спросил, может ли присоединиться его Талгарский приятель Сергей Кадола.

- Помнишь, в прошлом сезоне мы на Хан-Тенгри вместе ходили?!
- Хм… да, помню. Тогда я сейчас список продуктов СМС-кой вышлю, что взять с собой.

В 1998 году я впервые оказался на леднике Аристова. Этот кратер расположен на восточной стороне пика Нурсултан – у подножия северного склона пика Аристова. Относится эта долина к ущелью реки Левый Талгар. Тогда меня поразили гигантские скальные и ледовые стены со всех сторон. Неосвоенные… И долгое время до них не доходили руки, как говорится.

Потом один из альпинистов предыдущего поколения Сергей Гурьев показывал фотографии, снятые с борта «вертушки» во время облета Талгара. Среди снимков я едва не пропустил самые интересные. Собственно, сам Талгар, побудивший на несколько первопрохождений новых линий летом 2010 года. И взгляд на запад – по бастионам над ледником Аристова. Это было нечто! Там во всю мощь поднималась крутейшая скальная стена. Да не одна!

Утром 16 сентября я подкатил на машине к перекрестку улиц Кунаева и Раимбека. Здесь под темными кронами коротали время два силуэта с рюкзаками – Никита и Сергей. Еще в кромешной темноте они приехали сюда на попутке из города Талгар. Таким оптимизмом полнились их двадцатидевятилетние сердца, что я даже позавидовал.
- Имейте в виду, парни, - крутя баранку, поделился сомнениями, - возможно, там лишь одна фикция, нет ничего. Как получилось в нашем первопроходе с Сашкой Чечулиным.

- А как получилось? – допытался Никита. – А что получилось? А где получилось?
- Со стороны смотрелось круто, а на деле оказался пшик, халявный бастион на пике Учитель.
- Ну ладно, - скромно подал голос с заднего сиденья Сергей. – Прогуляемся, воздухом подышим. Я как раз в первый день отпуска попал.
Возможно, ребята решили учесть мой возраст, но сами загрузились снаряжением под завязку. Рюкзаки возвышались над головами, и нас пошатывало. Тем не менее, приказав КИА дожидаться нашего возвращения, от горнолыжной базы Шымбулак с высоты 2200 метров компания бодрым шагом выгребла на Талгарский перевал (3200 м) и свалила на другую сторону. Там по долине реки Левый Талгар вилась тропа. Там в 1998 году я брел один, выискивая поворот к леднику Аристова. А теперь в составе доблестной команды не боялся ни Бога ни черта.
- Сильным тренировка не нужна, - позавидовал ребятам. – А слабому она не поможет.

Никита с Сергеем перли подобно танкам в атаку. И подкармливали меня на остановках. На повороте из основной долины мы покинули зону леса, и когда солнце уже начало склоняться к гребням пика Нурсултан, выгребли к языку ледника Аристова. Здесь над моренами поднималось то, к чему я шел четырнадцать лет – гигантская скальная стена горы «Ужбинка». Вообще, долина напоминала альпинистский рай – была собранием прелестей. Северный склон пика Аристова красивыми линиями переходил из ледовых плоскостей в темные бастионы. Перепадец достигал около шестиста метров.

Короткая справка. В путеводителе В.И.Степановой «По Заилийскому Ала-Тау» высота Ужбинки указана, как 3910. Это не может соответствовать действительности, потому что на топографической карте высота горы Снежное Плато (которая на сотню-полторы метров ниже) дается 3978. К тому же, проходя по гребню Ужбинки в предыдущие годы, я несколько раз отмечал, что она лишь полсотни метров уступает пику Аристова, чья отметка 4102 метра. Так что с допущением на возможную погрешность можно принять, что высота Ужбинки – 4030 метров.
В тот вечер мы установили палатку напротив стены. На морене по карте значилась высота 3400 метров. И получалось, что гора вздымалась над нами более, чем на полкилометра. Такого перепада в наших горах следовало поискать! Лишь вершина Орджоникидзе могла похвастаться чем-то подобным. А здесь до самого пика Нурсултан широкой грядой тянулись скальные бастионы, сложенные великолепными породами. Их крутизна давила на ощущение мира, и в душу закрадывались сомнения в собственных силах. Это был Рай горовосходителя – все сложное, и все рядом.
- Что, Ден? Какие мысли? – все так же дотошливо поинтересовался Никита. – Это и есть ТВОЯ стена? Куда полезем-то?
- По кураям обходить не хочется, - покрутил я носом, словно вынюхивая из струи ветра любую мало-мальски подходящую идею. – Если уж пришли сюда, то надо пытаться пролезть что-то достойное.

- Через карнизы? – он задохнулся от радости. – А ты шлямбура с собой взял?
Шлямбуров с собой не было. О чем я пожалел. В итоге выбор пути был сделан по привычной логике – от самой нижней точки Стены как можно более прямо вверх. В этот вечер, оставив Серегу в палатке готовить ужин, мы выдвинулись на обработку первого бастиона. Здесь порода была настолько сложной, что точки страховки заставляли волосы шевелиться от страха. Развальня перемежалась бескомпромисной жестью. Иногда некуда было ноготь засунуть, а порой гигантские отщепы гудели, едва не рассыпаясь в руках.

Едва дыша я вылез на полку, и забив в итоге надежный крюк, слинял по веревке вниз. Было обработано 30 метров, из которых в середине около восьми метров получилось на ИТО. И засыпая, я чувствовал, как колотится неприятными предчувствиями измученное сердце. Становилось жутковато”.

Источник: urubko.blogspot.com

Комментарии (1)

Всего: 1 комментарий
#1 | Андрей Бузик »» | 27.09.2012 06:44
  
0
Хотел как всегда, а получилось гораздо лучше (часть 2).
Утро 17 сентября выдалось великолепным. Таким, словно на ущелье ледника Аристова пала благословляющая длань Провидения. Вскипятив воду, мы заварили себе по кружке овсяной каши, а затем «догнались» колбасой с сыром. Кстати были и сладости к чаю.
- Жаль, что мало, - вздохнул Никита. И сам себе ответил: - Зато на отступление по долине еще продукты останутся.
- Надо на маршрут взять… а заодно и каримат со спальным мешком, - сказал я.
- Ночевать будем? – поинтересовался Сергей. – А как с водой?

В предыдущий день он чувствовал себя плоховато – сказалось отсутствие акклиматизации. И теперь «забарывал» свою болячку, хотел есть и пить вдвойне. Тем не менее, бодрой компанией, едва площадки осветило солнце, мы в полном составе выдвинулись под маршрут. Никита вщелкнул две веревки в страховочное устройство. А я с помощью жюмара поднялся ко вчерашнему скальному крюку.

Первые же шаги показали, что можно бодрее смотреть в будущее. Потому что скальная порода изменилась в сравнении с подножием стены. Очевидно, нижняя часть стенки была совсем свежей – пять-семь сотен лет, и потому такой монолитной и разрушенной одновременно. Но выше скалы становились блочной структуры, с надежными трещинами, не крошились под руками. И я радостно взвыл, потому что мечталось именно об этом.

- Что там, Ден? – спросили ребята.
- Можно работать! – восхищенно ответил я. – Стена стала крепче, надежнее. Только не забывайте фотографировать, пожалуйста. Не зря же мы две камеры на себе тащили!?

На уводившей по дну угла трещине удавалось работать в откидку. Тело гармонично располагалось относительно скалы – едва не горизонтально сложившись пополам. А там, где трещина теряла боковую силу хвата, немедленно удавалось выйти ногами на разные стороны угла – заклинивая кисти и кулаки, или удерживаясь пальцами в прямых, пусть и крошечных, хватах. И я лез, затаив дыхание, понимая, что начинается тот самый кураж, который дорогого стоит! Мысли отступали на задний план… и оставались лишь инстинкты – красота и гармония, для воплощения которой не требовалось преломления разумом.

Третья и четвертая веревка «легли». Зато пятая с шестой снова задрались крутыми стенками, через которые удавалось напряжением сил рубиться прямо вверх.
- К тому отколу лучше было не соваться, - довольно сказал я Никите, когда он прижюмарил к станции. – Видишь, за ним гладкая стенка, для которой снова ИТО могли понадобиться.
- Это справа? – прищурился он. - Так там еще и в камин хрена выберешься!
- Точно. Здесь, конечно, тоже… все дыбится. Вон нависания! Как тебе на них?
Никитос саркастически хмыкнул.
- Мы похожий маршрут уже лазили. Через нависания не привыкать. Знаешь маршрут Урубко по центру Южной стены Пионера? В общем, ты понял.

Я мог лишь молчать… сконфуженно звякать железом, снимая оттяжки с френдами, что напарник собрал по пути. И развешивать их на свою систему. И снова кидаться в атаку. На бастион, который у самого в душе вызывал легкую дрожь. Внизу, догоняя, показался Серега, лихо подгребая на двух жюмарах. Я порадовался, что он успевает собирать со станций все «железо». А заодно умудряясь делать на маршруте красивые снимки… пусть даже солнце перевалило на другую сторону стены.

Верхняя часть шестого питча порадовала. Скорее, не сложностью… потому что радоваться нависавшим стенкам с небольшими зацепами, и хватами по вертикальной трещине смысла не было – достаточно жестко! Но своей выдержкой. Что тело, несмотря на ошалевшую от великолепия маршрута голову, работает вопреки ей, грамотно раскладывает каждое движение на составляющие элементы… которые все вместе собирались в один правильный танец по скале. При том, что сложность лазания соответствовала 6а-6b по европейской системе.
Лез я со страховкой на двух веревках – синей и красной. Последняя была ровно шестидесяти метров длиной, а другая за пару лет оказалась покоцаной, и вытягивалась лишь на пятьдесят пять метров. Это было очень грамотно – из более длинной я все время вязал станции, блокируя между собой три-четыре точки. А синюю получалось выбирать почти в натяг.
Здесь огромный скол просел на полметра вниз. И по его верху образовалась горизонтальная двадцатисантиметровая полка четырех метров. На равновесии я спокойно прошел по ней влево, и оказался в более легком внутреннем углу черного цвета. Смущаться было нечему – мне хватало сил и задора взлетать на одном дыхании. И вскоре я увидел «крышу» горы, куда выводила седьмая веревка. Немного проще – но эта разница была определяющей. Всего лишь чуть-чуть…
- Быстрее, ребята! – подгонял я друзей. – Надо сегодня постараться успеть на вершину.
- Чего такая спешка? – устало возражали они. – Может, завтра?
- А если непогода? А если снег с ветром?

Так получилось, что оставив рюкзаки под скальной башней, уже в полной темноте мы пролезли заключительные три веревки, и оказались на высшей точке Ушбинки. Именно по ее стене протянулся наш маршрут. Вечер выдался тихим, вдали у подножия гор россыпью разноцветных мерцал город Алматы и окружающие поселки. Несколько фотографий на память в окружении чернил, пара видов на отрешенное мерцание в глубине… вот и вся вершина. Тяжелые взгляды Сергея с Никитой, мои с трудом ворочавшиеся губы, складывавшиеся в улыбку.

- На последней стенке десятой веревки стало понятно, что устал, - ворчал я, когда мы готовились к ночи.
- Что так? – запрокинув голову, силясь вытрясти из бутылки с водой последнюю каплю, съязвил Сергей. – А может, сегодня вниз будем спускаться?
- Сегодня не получится, нифига не видно… вот еще и звезды облаками затягивает.
- Хорошо, что еды взяли, - сказал Никита. – Пусть и немного, но хватило червячка заморить.
- Когда на одной левой руке повисать уже не получалось, стало понятно, что вымотался, - закончил я мысль. – На правой еще держался, даже на передних фалангах пальцев. Но левая начала подводить.

Ночь мы провели сидя, прижавшись друг к другу. Периодически трясла дрожь. Иногда приходилось ворочаться, освобождая занемевшую на камнях часть тела. И утром, едва рассвело, нашли путь в кулуар в сторону горы Ласточкино Гнездо. Несколько спусков по веревке. И дальше – к палатке по безопасной осыпи.

А над нами, окутанная облаками, периодически роняя хлопья снега, поднималась невероятно суровая стена. Которой мы осмелились противопоставить свои силы и чувства. Линия маршрута взмывала в поднебесье… и сидя на пороге, прихлебывая чай, я вспоминал, как выглядела наша палатка сверху. Вчера эти безопасные площадки казались Другим Миром. Крохотная точка, как мечта о глотке горячей воды после восхождения – мечта, которая непременно сбудется. Надо лишь верить в себя и друзей. И стараться все сделать правильно.
Открытие нового скального района такого масштаба – событие в высшей степени незаурядное. Учитывая восемьдесят лет освоения гор Малоалматинского отрога, можно сказать, что произошло чудо, которым есть шанс грамотно воспользоваться. Здесь на склонах вершин, которые окружают ледник Аристова, собран настоящий букет перспектив. Во всяком случае, мой восторг выразился одной фразой – «хотел, как всегда, а получилось гораздо лучше». По скальным ребрам Ушбинки, Трезубца, Ласточкиного Гнезда, Нурсултана можно открыть много интересных маршрутов.

А северный склон пика Аристова предлагает шикарные возможности порезвиться любителям льда и микста, пусть и не столь сложные. Подход к ущелью сравним с заброской в любых других горах… при том, что не надо ехать в чужие страны за сотни километров. Этот район – наш, домашний. Скальные маршруты, что мне удалось проложить на стенах пиков Учитель и Мария тоже интересны, но – единичны. А здесь… стены, сложенные в гигантскую интересную систему. Где сделан лишь первый шаг в освоении. Уже уходя вниз, Никита, Сергей и я пожали друг другу руки, глядя на удавшийся маршрут. И я рассмеялся:
- Вчера лазил на гору с Талгарцами! Лучше бы я умер. Сегодня с ними же уходил из-под горы домой… лучше бы я умер вчера!
Спасибо вам, друзья! За поддержку, за веру в новое и прекрасное.

Денис Урубко
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
 
© climbing.ru 2012 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites
Экстремальный портал VVV.RU ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU