Денис Урубко об Ильясе Тухватуллине

«Инженер-физик по профессии, Ильяс сразу проявил великолепные организационные навыки. Именно по его идее мы собрали по округе старые канистры и бамбуковые шесты, из которых соорудили изящные – в нашем понимании – стол и скамейки вокруг него. Смахивало на африканское бунгало. Мачты для антенн и флагов тоже устанавливались под руководством представителя суверенной республики Узбекистан. Иногда между делом он поучал нас, каким образом разработать защиту космических объектов от поражения лазерными лучами.
Iljas Tukhvatullin in BC of K2 winter expedition (2003)

- Вся хитрушка в том, чтобы она срабатывала До того, как импульс разрушит оболочку, но Не Раньше, чем она подвергнется воздействию. Соображаешь задачу? И мы взяли этот атомарный металл в инертной среде… Великая штука!…

Десять действующих авторских свидетельств у нашего инженера. А началось все с поломанной антенны, в которой Ильяс намеревался заморозить воду, чтобы выпрямить и установить. И стал рассказывать нам о распылении воды в вакууме».

Это небольшая часть из моих воспоминаний об Ильясе Тухватуллине. Если брать общую картину ТОЙ зимней экспедиции на К2 с поляками, то навсегда останется его улыбка. Он был практичен и романтичен одновременно. Всегда думал о друзьях, и шутил – не больно, но остро. Это было отношение… так что каждый из нас знал что мы в сфере его внимания, которое могло помочь в нужный момент. Когда мы устанавливали Второй Лагерь, и перли вверх тяжеленные рюкзаки, Ильяс взвалил на себя самую тяжелую ношу.

Теперь я смотрю на северный склон Аннапурны с тоской. Честно говоря, вид горы режет сердце. Два месяца назад мы разговаривали с Димой Синевым об Аннапурне. Я не знал деталей предстоящей ему и друзьям экспедиции. Но рассказал все что помнил. И особенно упирал на мысль, как подфартило Симоне Моро и мне на этом маршруте. Как было страшно бегать по лавинным выносам под алчным взглядом сераков сверху.
Avalanche on the East side of the Annapurna circus (2004)

И вот – сижу, клавиатура компьютера заброшена, экран погас… вспоминаю, как летел в лавине по склону Гашербрума. Что мне дала та авария? Зачем выжил? Думаю, судьба имела полное право похоронить меня там. Но… повезло. Тухватуллин с Лобановым оказались не столь удачливы.

Не хочу упрекать, резать. Но хочется избежать повторения таких аварий в дальнейшем. Почему лагерь на склоне Манаслу был поставлен в месте удара лавины? Почему группы ходят по горловине Хан-Тенгри в самое опасное время? Почему на склоне Аннапурны команда оказалась после обеда? Почему Симоне, Кори и я пересекали подножие Гашербрума-5 во время снегопада? О последней ситуации спросИте при случае…

Странное чувство возникает на перевороте дел от простого к сложному. Жизнь летит, словно ветер с ароматом травы. Мир подобен весеннему кружению цветочных лепестков в лучах солнца, будущее воспринимается… ну, просто воспринимается! Будущим. Красотой и легкостью, которые вскипают в крови.

Но… вдруг автобус останавливается, и выясняется, что он прибыл в Осень, и всех присутствующих просят выйти на улицу. Все! рейс окончен, и билет в одну сторону. Потому что таковы реалии жизни. И ты выходишь под дождь, бредешь по лужам, не представляя, чем заняться, куда подать голову. Осенью мы потеряли друзей. Год выдался – не приведи Господи! Но вопреки всему я знаю, что будет дальше. И не хочу сворачивать с пути, на котором счастлив.

И зная, что мне предстоит, я вытяну из колоды еще одну карту… и поставлю на кон все, что есть. Потому что цена победы стоит риска. Потому что счастье, которое дарит мне альпинизм – прикосновение к чистоте природы, общение с сильными хорошими людьми, достижение цели собственными силами, острота шага «за грань» и упоение свободой. Как говорится – игра стоит свеч.

- Денис, а ты хочешь, чтобы твои дети занимались альпинизмом? – часто спрашивают люди при встрече. – Чтобы ходили на сложные восхождения в «зону смерти»?
- Упаси Бог! – чураюсь я. – Ни за что на свете!
«Дорогой Денис, я разделяю твою боль и сочувствую большому горю за гибель друга на Аннапурне.
Крепко обнимаю
Паоло Валоти

«Горы имеют власть звать нас в свои края.
Это уже не страсть - это судьба моя.
Тянутся к высоте люди большой души.
Не забывайте тех, кто не пришёл с вершин.
Вам, кто сидит внизу, вам ли о них тужить.
Люди, идущие вверх, знают, как надо жить.
(Анатолий Букреев??)

Больше всего мне страшно за других людей. За всех, кто идет в горы на опасные сложные маршруты. Пожалуйста, не думайте, что я призываю заниматься альпинизмом в том виде, который выбрал для себя. И в том виде, который выбрал для себя Ильяс Тухватуллин. Но черт побери! Когда я слышу, что за время Гражданской войны в Сирии погибли двадцать тысяч человек, мне становится страшно за оставшихся. Это гораздо хуже, чем погибнуть в горах, куда ты отправляешься по собственному выбору. И очень плохо читать сводки о погибших на дорогах в России и Казахстане по недомыслию встречного пьяного водителя. Эти правила игры под названием «жизнь» навязаны со стороны.

Так что мысль о смерти на склоне Аннапурны или Гашербрума смиряет с действительностью. Здесь правила игры под названием «жизнь» выбраны мной.

Источник: urubko.blogspot.com

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
 
© climbing.ru 2012 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites
Экстремальный портал VVV.RU ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU