Северная стена пика Жанну (7710 м)



55 лет назад, 27 апреля 1962 г. французские альпинисты совершили первовосхождение на Жанну (Кумбхакарна, 7710 м). Вспомним и грандиозное восхождение российских альпинистов на Жанну по С. стене весной 2004 г


Никем не пройденная северная стена Жанну стала для русских альпинистов навязчивой идеей.
Российская команда прошла ее весной 2004 года. Восхождение было признано лучшим в 2004 году. Команда получила Золотой Ледоруб
.



Хроника экспедиции (читать хронологически снизу наверх)

Русской командой решена одна из сложнейших проблем Гималаев. Более тридцати лет прохождение Северной стены Жанну являлось самой желанной целью альпинистов всех стран. Было совершено около двадцати попыток подняться по отвесной стене на вершину.

Поставить рекорд удалось команде проекта "Русский путь - стены мира", организованного мастером спорта международного класса Александром Одинцовым.

26 мая 2004 года участники экспедиции поднялись на вершину.

Люк Журжон, технический директор Федерации альпийских клубов Франции: "Я хочу, чтобы люди, далёкие от альпинизма поняли: то, что сделала русская команда на Жанну, можно сравнить лишь с маршем по Луне!"

Dougald MacDonald, редактор Rock & Ice Magazine, Climbing, USA: "Безусловно, это звёздный год для русского альпинизма!"

24 июня 2004г. в 15.00 в Петербурге в пресс-центре ИТАР-ТАСС состоялась пресс-конференция команды.


Поздравления:

Sergio Ramirez Carrascal : Привет из Перу. Поздравления парням, которые делают проект"Big Wall - Russian routes" Надеюсь, они продолжат свои восхождения на крутые стены в разных уголках мира, мы восхищаемся их успехами. Прочли на вашем сайте, что в их планах HUASCARAN в Перу (cordillera blanca). Ждем их в Андах! (11 июня)

Hello My Name is Ali Parsaei I am a climber From Iran,I follow your news every day, and it is very amazing for me, I want say thank you to all your staff of site and also CONGRATULATION to Januu and Everest Team, I think Januu team made the greatest climb in big wall climbing History, A magic climb. I am very happy for they success and also safe climb. If you will see them please tell them YOU ARE HERO. Balshoye Pabeda !! I hope I write it word correct, in fact May grandmother was from Russia, but my parent didn-t teach me Russian

Best Regards Ali Parsaei, Tehran- Iran

31 мая, 2004 30 мая в 9 утра экспедиция Жанну стартовала из базового лагеря с караваном яков вниз. По плану на 3 июня заказан чартерный рейс из Тапледжунга в Катманду. 3 и 4 июня интервью в Министерстве Туризма и с прессой. 5 июня в 8 утра в Москву вылетают Сергей Борисов, Геннадий Кириевский, Алексей Болотов и доктор Бакин, остальные 8 июня в 8 вечера.

28 мая, 2004 Сегодня в 11 часов на вершину Жанну поднялась тройка Тотмянин, Кириевский и Борисов!

Сейчас они в лагере 3 на 7000. Все нормально. Погода сегодня неплохая, правда во второй половине дня облачность, но главное нет осадков. Завтра планируется закончить эвакуацию верхних лагерей и все участники должны спуститься в базовый лагерь. М.Бакин.

27 мая, 2004 Сообщаю подробности продолжения. Как было сказано, вчера,
примерно в 15.30 Ручкин и Павленко вышли на вершину Жанну. Далее, около 17
часов Дима Павленко спустился в платформу на 7400, немного отдохнув
спустился в лагерь 7000. Около 18 часов в платформу спустился Ручкин. Он
предполагал ночевать на платформе. Однако около 20 часов состояние Саши
Ручкина ухудшилось и возникла необходимость спуститься ниже, в лагерь 7000, где и меньше высота и лучше условия и более полная аптека. В
сопровождении Гены Кириевского Саша Ручкин к 24.00 часам спустился на 7000, а утром вместе с Димой Павленко спустился в базовый лагерь Сейчас все в порядке. Саша Одинцов, тоже из-за ухудшения самочувствия был вынужден
спуститься в базовый лагерь. Спустился вниз и Леша Болотов, так как при
подъеме наверх у него сломалась кошка и дальнейшее восхождение стало
невозможным. Такой вот праздник со слезами. В настоящее время в платформе на 7400 находятся Кириевский, Борисов и Тотмянин. По плану завтра они должны попытатьтся выйти на вершину. Погода как всегда непонятная. 24 мая у нас закончилась виза, пермит арестован в министерстве туризма, а 25 мая улетел наш самолет из Катманду в Москву. М.Бакин.

16-00 Звонил Одинцов, сказал, что очень уставшие Саша Ручкин и Дима Павленко спустились в базовый лагерь. Тройка Тотмянин - Кириевский - Борисов пережидала сегодня непогоду на 7400. Завтра, 28 мая они планируют выход на вершину. 31 мая команда начинает путь домой.

Доктор Бакин тоже совершает подвиги - и в базе и дистанционно, и благодаря его непрерывным усилиям все чувствуют себя более-менее хорошо.

Наши друзья напечатали большую статью про экспедицию на сайте www.mounteverest.net

Из почты:

Эрхард Лоретан: то, что сделала ваша команда - очень значительно. Дальнейших вам успехов! 27 мая.
Я был на Жанну 22 года назад. Очень рад успеху ваших ребят на Северной стене. ВЫ ПИШЕТЕ ИСТОРИЮ. Patxi Senosiain, Франция 25 мая.

26 мая, 2004 СТЕНА ПРОЙДЕНА !!!
Сегодня Александр Ручкин и Дмитрий Павленко вышли на вершину. Завтра выход на вершину планирует совершить двойка Борисов-Кириевский. Выход остальных членов команды зависит от погоды. Ручкин и Павленко уже спустились на 7400

25 мая, 2004 (вечер) Сегодня ничего не не было, так как погода из плохой стала очень плохой. Все сидят по пузырям и пьют, что найдут, от цитрамона до кофе. М. Бакин.

(утро) С утра очень плохая погода. Снег и сильный ветер на всех высотах. В 6 утра попытались выйти на маршрут Ручкин и Павленко, но вынуждены были вернутся в платформу( 7 400). Болотов преодолев боль и сомнения поднялся вчера в первый лагерь (5 600), а сейчас вместе с Тотмяниным поднимается во второй лагерь ( 6 700). Одинцов остался. Под стеной в третьем лагере (7 000 ) Кириевский и Борисов. Из-за болезни в базовом лагере остались Першин и Михайлов. Надеемся, что ситуация, может, изменится в течение дня. М.Бакин.

Алексей Болотов (Екатеринбург) и Дмитрий Павленко (Москва) были в 1997 году в команде Сергея Ефимова, которая совершила первопроход по Западной стене Макалу, вместе с Юрием Ермачеком, Николаем Жилиным (оба сейчас в команде, которая делает восхождение по Северной стене Эвереста), и Игорем Бугачевским, который умер во время спуска. Капитан команды Салават Хабибуллин прошел с командой всю стену, и умер уже наверху, на ребре, не дойдя до вершины. Команда была награждена Золотым Ледорубом в 1998 году. Алексей Болотов совершил восхождение на Талай Сагар в 1999 (одно из лучших восхождений XX века) и на Лхоцзе Среднюю в составе команды, организованной Виктором Козловым - в 2001 году. Алексей первым пролез 15-метровую скальную стенку под самой вершиной на высоте 8400 метров - эти моменты есть в фильме Виктора Козлова "Русский восьмитысячник". В 2002 Алексей совершил бескислородное восхождение наЭверест.

Aлександр Ручкин (Советский Союз) знаменит своими соло-восхождениями, первопроходами и зимними восхождениями высшей категории сложности на Тянь-Шане, Памире и Памиро Алае, а также в Альпах. Он проложил свой маршрут на Стене Троллей в Норвегии - "Russian route" в 1997. В 2002 - "Большой Парус в Канаде, Баффинова Земля, в команде Одинцова. Любопытно, что на высоте больше 7000 метров Александр был всего лишь дважды - на пике Ленина в 1991 году и на Хан-Тенгри в 2003 году.

24 мая, 2004 Нам бы еще день простоять да ночь продержаться...

Михаил Бакин: Сегодня на стене продолжала работать связка Павленко-Ручкин. Такое впечатление, что гребень как линия горизонта - чем ближе подходишь, тем он дальше. Сегодня проработали еще примерно 60 метров. Если взглянуть на фотографию, то верхняя точка перил слева и выше большого снежного пятна под вершиной и немного не доходит до гребня. Но это в известной степени предположения, так как из-за облачности стена не видна, а сами восходители не видят гребень из-за карнизов. Погода сегодня неустойчивая, но лучше, чем вчера. Не было снега. Посмотрим, что принесет завтрашний день. М.Бакин.фото

23 мая, 2004 Борьба за вершину идет на пределе человеческих возможностей. Уже третий день подряд восходители, вымотанные физическим напряжением, высотой, обезвоживанием и бессонными ночами в платформе отвоевывают у горы по 30 метров вертикали. Эти метры сложного лазания на высоте около 7600 превращаются в метры невероятно сложного лазания - аналогов такой работы еще не было в современном альпинизме. Сегодня продолжила работу на стене связка Павленко-Ручкин. Пройдено около 80 метров. Местами стена стала положе, но непрерывный снегопад сводит это преимущество на нет, так как снегом засыпает трещины. Направление движения отклонилось от вертикали налево, в сторону гребня. "Все, кто может держать оружие" поднимаются наверх. С.Борисов и Г.Кириевский поднялись из лагеря 1 ( 5 600) в лагерь 2 (6 700). После снегопадов очень тяжелый участок пути выше лагеря 5 600. По слова Геннадия Кириевского местами пришлось рыть траншею, так как снег - выше пояса. В лагерь 1 поднялись А.Одинцов и Н.Тотмянин. Погода пока плохая. М.Бакин.

PS Вот только сейчас, вечером, в 22 часа, Бакин позвонил, и сказал, что Ручкин-Павленко достигли высоты около 7700 м. Значит, до вершины совсем немного?

22 мая, 2004 Михаил Бакин: Утром из-за внезапного ухудшенеия самочувствия вынужден был уйти вниз Миша Михайлов. Сейчас он в базовом лагере. Чувствует себя нормально. Несмотря на плохую погоду работу на стене продолжила связка Ручкин-Павленко. Рельеф: вертикальные стенки пересекаются полками. Скалы очень сильно разрушены. Высота почти 7 600, и весь день без перерыва снегопад. Пройдено около 30 метров. Комментарии участников процесса по поводу пройденной части стены ( от лагеря 7 000). М.Михайлов:" Нет ни одного метра, где можно расслабиться: или вертикаль, или нависание",
С.Борисов: " Перильные веревки все 500 метров висят в воздухе...".Сегодня в первый лагерь на 5 600 поднялась связка С.Борисов и Г.Кириевский. Сергей после отдыха и лечения чувствует себя хорошо. М.Бакин.

21 мая, 2004 Михаил Бакин: Сегодня , 21 мая, погода, как и вчера, была нерабочей. Снегопад шел с самого утра, хотя ночь была холодной и ясной. Передовая двойка работала, не взирая на все. Вымучили еще 30 метров, но каких! Нависающий камин с пробкой пройден. Можно сказать, что зацепились за крышу. То, что удалось рассмотреть в плотной облачности, представляет собой внутренний угол с полками и вертикальными стенками, которые совсем не монолитны, как кажется снизу. Но это уже не отрицаловка. Завтра в лагерь на 5600 выходит двойка Борисов Сергей-Кириевский Гена - Николай Тотмянин

"В моем понимании процесс у нас висит, как капля на носу. И куда эта капля направится, зависит от многих (а главное случайных) обстоятельств. Как это произошло с Серегой Борисовым и Лехой Болотовым. Но бойцы борются, как Мцыри. Может, Бог воздаст за героизм, мужество и стойкость. Каждый день ждем, как переломный. Что вот-вот станет чуть-чуть положе. Погода хреновая, на стене второй день снег. Стена в облаке, ничего не видно, поэтому до вечерней связи информации не будет. Всем привет.
Доктор Миша", 21 мая

20 мая, 2004 Михаил Бакин: Погода весь день очень плохая. В базовом лагере дождь и снег, на стене весь день снег. Связка Ручкин-Михайлов прошла за 10 часов 30 метров выше 7 500.

19 мая, 2004 Михаил Бакин:

(вечер): Сегодня группа Михайлова поднялась в самый верхний лагерь, в платформу на высоте 7400. Если позволит погода, завтра ребята планируют продолжить обработку стены выше 7500. А погода может и не позволить.
В базовом лагере весь день дождь, на стене снег. Все остальные пока в базовом лагере. Здоровье в разумных пределах.

Здравствуйте, друзья! Вкратце изложу события минувших дней и перспективы, как они сейчас видятся. Сразу все мы не сообщили по этическим соображениям, т.е. до возвращения группы Болотова в базовый лагерь.
По плану, утром 14.05. Першин и Тотмянин должны были поднять платформу с 7200 на 7400 и спуститься вниз, пропустив вперед группу Болотова, поднимающуюся из лагеря 7000. Но с утра плохо почувствовал себя и вынужден был уйти вниз Михаил Першин (у него кровоизлияние в сетчатку глаза). Коля Тотмянин один поднял платформу на 200 метров выше и тоже спустился в лагерь 5 600. Поднявшиеся Болотов, Борисов и Кириевский организовали лагерь и остались на 7400. На следующий день, при спуске в базовый лагерь камень ударил Тотмянина, повредил лицо, ногу, но после отдыха и некоторого лечения он сохранил работоспособность.
15.05. на стене работала связка Болотов-Борисов, пройдена веревка очень сложного лазания.
16.05. при подходе к верхней точке перил камень попал в Сергея Борисова. "Кассида" сама погибла, но спасла голову. Ударом только рассекло кожу. Естественно дальше работать Сергей не мог и спустился в платформу, где Гена Кириевский оказал ему первую помощь. Рану на голове перевязали.Чувствовал себя Серега прилично, решил спускаться вниз один. Болотов и Кириевский продолжили работу на стене. Примерно через 2 часа Леха, проходя сложнейший карниз сорвался и сломал ребро.

Таким образом ситуация 16.05 днем выглядела следующим образом: в платформе на 7 400 раненный Леша Болотов и уцелевший Геша Кириевский. В лагере 7 000 Сергей Борисов с дыркой в голове. В самом нижнем лагере 5 600 поднявшаяся снизу группа Миша Михайлов, Саша Ручкин, Дима Павленко.

Не буду описывать всех последующих деталей. 17.05 Борисов спустился в базовый лагерь. Сейчас он в порядке. Сегодня, т.е. 18.05 в базовый лагерь вернулись Болотов и Кириевский. Сейчас все благополучно, но для Алексея восхождение закончилось. Из-за этих драматических событий потеряно 4 дня работы. Достигнута высота 7 500метров.

Группа Михайлова сейчас у основания стены в лагере 7 000. Завтра они поднимаются в платформу на 7 400, соответственно работу начнут послезавтра, т.е. 20.05. Погода неустойчивая. Доктор Бакин, 18 мая

18 мая, 2004 Александр Одинцов сообщил 17 мая, что тройка Болотова вынуждена была повернуть назад из-за травм участников, полученных во время прохождения карниза (последнего перед вершиной). Пострадали Алексей Болотов и Сергей Борисов, Травмы не тяжелые, альпинисты самостоятельно спустились сначала на 7000 м, а на следующий день - в базовый лагерь. Доктор оказывает ребятам первую помощь. Им на смену поднимается тройка Ручкина (Ручкин-Михайлов- Павленко), с целью пройти карниз и три веревки после него.
Михаил Першин еще до описанного инцидента спустился в базовый лагерь вместе с Колей Тотмяниным. У Миши есть проблемы со зрением из-за нагрузок - это бывает на высоте время от времени.

17 мая, 2004 Николай Тотмянин :

(сообщ. от 16 мая):
Я с Першиным в очередной раз отработал наверху. За три дня повесили две с лишним веревки, причем один из дней "убили" на карниз. Миша работал первым. Где-нибудь на уровне моря он одолел бы эту крутизну за пару часов.
В последний день работы я затащил платформу на 7400. Сейчас екатеринбуржцы работают от нее выше, а мы сидим в базовом лагере, спустились вчера. Снег на плато так раскис, что проваливаешься по пояс даже в снегоступах! Наверху зима, а ниже 6000 м уже весна. На здоровье не жалуюсь. На спуске с 5100 м на последней веревке немножко поцарапал морду лица и разбил любимые очки прилетевшим камнем, зато сегодня утром первый раз за все время побрился. Видно гора не хочет пускать бородатого. Скорость передвижения стабилизировалась на 1 веревке в день. Не густо, но не грустно. На "крыше", а у любой высокой горы есть крыша, скорость должна увеличиться! Надеюсь, что в ближайшие 7 дней мы взгромоздимся. Не будем загадывать. Домой уже хочется, но надо закончить эпопею. Сил и средств затрачено немало. Команда мощная, в другой раз такую не собрать. Мы раньше думали, что занимаемся альпинизмом. Это оказалось детским лепетом по сравнению с Жанну.
P.S. Сегодня днем передовая тройка была вынуждена прекратить работу на маршруте и спуститься в палатку на 7000 м (почему - подробности позже)

(сообщ. от 15 мая):

Вчера, 14 мая, впервые в истории альпинизма, подвесная платформа занесена и установлена на стене на высоте 7400 м. Передовая группа каждый день выходит в " открытый космос" и отвоевывает метр за метром у вертикальной стены. Психологический шок от первого знакомства со стеной прошел. Веревка в день - уже не редкость. Три-четыре метра свободным лазанием - высший пилотаж.
Впереди смотрятся 2-3 очень сложные веревки - 80-градусные плиты с 1-2-метровыми карнизами и напоследок - глубоко врезанный в шестиметровый карниз вертикальный 20-метровый камин с разрушенными, открывающимися наружу стенками. Каждый час работы на горе - преодоление невозможного. Выше не видно, значит там должно быть "положе". Психологическое напряжение
растет. Мы не можем требовать друг от друга "прибавить", так как не знаем даже своих предельных возможностей, это во-первых. Во-вторых, мы должны быть осторожными, сейчас мы не имеем права на ошибку. Я прошу всех богов и святых, чтобы оградили нас от неправильных действий. Сегодня впереди работает тройка Болотов-Борисов-Кириевский. Они прошли еще одну веревку. Погода пока за нас.

14 мая, 2004 Александр Ручкин из базового лагеря (вечером):

Привет друзья, наша группа продолжает восстанавливаться в базовом лагере благодаря добрейшемй доктору Михаилу Бакину. Он лечит всех и по-всякому.

Так как мы все, наглотавшись холодного, кашляем как паровозы, наши горлы и носы подвергаются курению кальянов, полосканию и смазыванию горл, и все идут на поправку. Особо калечным доктор делает массаж, и горбатые становятся стройными, а хромые начинают ходить, и жизнь налаживается.

Работа на стене идет своим чередом, группа Тотмянина -Першина проработала несколько веревок по стене, добравшись до черной полосы, пересекающей всю стену и перелезла ее метров на 15 выше, приблизившись еще ближе к заветной цели.
Сегодня группа Болотова, добирающаяся уже третий день для работы на стене, стартанула с высотного лагеря 7000м на платформу, которую Коля Тотмянин перенес на новое место, около 7400м, чтобы с нее было ближе и удобнее работать на стене выше 7400м. Переезд благополучно состоялся, мужики в полном составе Болотов-Борисов -Кириевский достигли высоты 7400, повесили платформу, перенесли все хозяйство для жизни, т.е. весь бивуак с жизнеобеспечением на 4 дня для дальнейшей обработки сложного участка стены.
Тотмянин и Першин спустились в лагерь на 5600. Завтра группа Болотова обрабатывает выше 7400, а группа Тотмянина спускается на отдых в базлаг.
Вот что приключилось за день 14.05. До скорых встреч в эфире. Всем привет, кто ждет и верит в нас.
Ручкин, 14 мая, 18-54

Ребят приветствует Грэм Дингл, лидер новозеландской команды, которая в 1975 году сделала первую попытку пройти Северную стену Жанну:

Маршрут, который лезет ваша команда - действительно дерзкий. Мы шли левее, и вылезли на ребро, до вершины не дошли из-за ураганных ветров. Это было после муссона, и стена была покрыта льдом и очень лавиноопасна. Для 1975 года такое восхождение было технически сложным - наверное, самым сложным в смысле техники для того времени. Всего наилучшего и удачи вашим восходителям.

Best Regards
Graeme Dingle
14 мая, 5-48

Александр Ручкин из базового лагеря (утром):

Привет, друзья привет, наконец наступает весна в нашем высокогорном уголке, и непонятно - хорошо это или плохо для нас. Это чувствовалось еще на спуске со стены, когда начали вытаивать ледобуры и станции, в том числе на которых и висят наши перила. Тепло наступает с каждой пройденной вниз веревкой. На высоте в 6000 уже по скале натекают замерзшие водопады, а веревки просто втаивают в лед на несколько сантиметров, их приходиться выбивать из ледяного плена, и только потом спускаться. Впечатление такое, что гора просто не хочет отпускать непрошенных гостей, которые нарушили ее многовековой покой.

Сильно уставшие, мы спускались вниз с Михайловым по вмерзшим веревкам. Мишка спускался первым и доставал из плена веревки с матом, с тем же матом я спускался вслед за ним и пытался ледяную вревку протолкнуть в гри-гри.
Пять дней, проведенных на отвесной стене выше 7000м, не прошли бесследно. Нас раскачивало из стороны в сторону от усталости, а стертые зубья кошек превратили нас в пьяных коровушек на льду.

Жизнь на платформе на уровне 7200м позволяла начинать работу раньше, не тратя время на хождение по перилам. Весь участок от 7000 м и выше представляет гранитную отвесную стену, перемежающуюся карнизами, которые представляют проблему и внизу на уровне моря, не то что на высоте 7000. Уровень лазания на стене Жанну выше 7000м - порядка 6Б/А3, если конечно все перенести поближе к морю, и надеть не валенки-миллеты, а скальные тапки, можно пролезть пару метров. На совершенно гладкой стене присутствуют трещины, в которые даже самые тонкие крючья не лезут, не то что пальцы. Только перейдешь с этого рельефа, где есть хоть что нибудь - упираешься в карниз, и на самых маленьких закладочках приходится испытывать терпение второго. Если попадаешь в широкие трещины, в них неизбежно вмороженные или заклиненные камни, в которых используешь камалоты или френды, которые держат тебя на грани срыва и только. Постоянное нависание заставляет напрягать все мышцы, после всего этого падаешь в платформу от изнеможения и не можешь пошевельнуться. Ожидание, что стена вот вот ляжет, обманчиво, и это подтверждают наши ребята, которые пришли к нам на смену

Тотмянин и Першин три дня они работают на стене, а карнизы продолжаются, а нависания не проходят. Невероятная стена , а может уникальнее ее нет на такой высоте по сложности и крутизне. И все-таки она лезется, осталось совсем немного.
Дай Бог погоды.
Ручкин, 14 мая, 7-29

13 мая, 2004 "Молимся всем богам..", - из базового лагеря Жанну позвонил Одинцов. На высоте около 7500 работают Тотмянин и Першин, завтра их сменяет группа Болотова. Ребятам нужно десять дней хорошей погоды, чтобы восхождение успешно завершилось. Но прогноз Ивана Самойленко, который присылает ребятам информацию о погоде в Гималаях, пока не очень утешителен.

12 мая, 2004 Александр Ручкин из базового лагеря:

Привет друзья, мы спустились в очередной раз на полусогнутых в коленях ногах, разучившихся ходить по прямой. Восемь дней только по веревкам, вверх или вниз, четыре из них вверх, вычисляя лабиринт лазания по никем не тронутой скале. Кроме подхода на работу в три дня, две ночевки на 7000м., и выше около 7200 еще три ночевки. Наши лица стали как китайские, опухшие от употребляемой жидкости, необходимой нашим организмам, иссушенным тонким воздухом выше 7200. Оказывается, до этого Гора просто забавлялась с нами. Как неприступная женщина - подпускала нас только на определенное расстояние, а дальше ни-ни. Все наши потуги были просто смешны, то 5 м, то 20, то 30м. в день - что это такое для горы с перепадом в 2,8 км... Любой женщине такие медленные ухаживания и покорения просто надоедят, а мужики просто перегорят и оставят свои игры, без видимых побед...

Ничего подобного не случалось раньше. Гора подтверждает это каждым своим метром стены выше 7000м. Четыре дня лазания на высоте выше 7200м, веревки не касаются стены висят в воздухе. Чтобы пролезть 50 м в день, надо так напрячься, что к вечеру спускаешься выжатый, без сил, в платформу и двигаться уже просто не можешь. Только пьешь, и отпиваешься.

А начинается утро в платформе в 5-6 утра. Топишь лед, добываешь воду, из нее делаешь завтрак, и питье, питье. Напившись, что практически невозможно, начинаешь собираться. Я засекал время, на сборы уходит целый час, это просто одеться для выхода из платформы. Платформа висит в воздухе, встать не на что. Сразу вщелкиваешь веревку в жумары и пошел наверх.

Лезть пришлось, применяя весь арсенал снаряжения. Стена нависает, карнизы мешают увидеть что дальше, а дальше еще карнизы....... Просто не верится, что на такой высоте нависающие монолиты. Но реальность есть реальность - весь обвешан снарягой и железом, потому что все может пригодиться, с трудом отрываешь тело со всем этим железом и в разреженном воздухе продвигаешься сантиметр за сантиметром. Рельеф очень сложный для лазания - требует обдумывания. Практически должен решить задачу прохождения нависающей стены. Лезешь по трещине, она прекращается, нужно идти дальше - думай, голова , думай.

Пролезли 3,5 веревки за 4 дня и перенесли платформу на 7200м. Спускаемся в конце дня для того чтобы засветло успеть в платформу. Пока мы день спускались и отдыхали в базлаге целый день, Тотмянин и Першин пролезли еще две веревки по стене. Теперь на самом сложном и крутом участке пройдено 11 веревок.
Удачи всем - и нам в том числе.
Ручкин, 12 мая, 20-21


Источник: http://russianclimb.com/jannu/jannu.html
Ещё по теме:
1. 3 февраля состоится встреча с лидером питерского высотного альпинизма Николаем Тотмяниным.
2. Альпинист Николай Тотмянин: «Стоял на Эльбрусе и махал флагом „Зенита“, чтобы все знали: мы — питерские!»
3. Падая в Кусум-Кангуру
4. Погибли Александр Ручкин и Вячеслав Иванов. В Перу на спуске на высоте 5300. Помолитесь.
5. Юбилеи: Ручкину - 50!
6. Нанга Парбат. Зимняя экспедиция русской команды. (и попытка восхождения других команд)
7. К "40 дням" Леши Болотова.

Комментарии (5)

Всего: 5 комментариев
  
#1 | Анатолий »» | 27.04.2017 18:57 | ответить
  
0
Команда:


Александр Одинцов (Санкт-Петербург)


Александр Ручкин (Санкт-Петербург)


Михаил Михайлов (Бишкек)


Николай Тотмянин (Санкт-Петербург)


Алексей Болотов (Екатеринбург) фото Глеба Соколова


Сергей Борисов (Екатеринбург)


Михаил Першин (Екатеринбург)


Геннадий Кириевский (Магнитогорск)


Дмитрий Павленко (Москва)


Врач - Михаил Бакин (Санкт-Петербург) - бессменный доктор проекта



.
  
#2 | Анатолий »» | 27.04.2017 19:01 | ответить
  
1
Разговор на берегу Вуоксы: проект "Русский путь - Стены мира"

24- 27 июня 2004 года III фестиваль "Пресс-приключение", организованный редактором журнала "ЭКС" Сергеем Шибаевым при поддержке компании "Снаряжение" и фестиваля "Вуокса", состоялся в пос. Лосево Ленинградской обл. Там встретились журналисты, пишущие о путешествиях, приключениях и экстремальных видах спорта. В программу журналистов входила и встреча с участникам проекта "Русский путь - Стены мира", вернувшимися недавно с Северной стены Жанну. Уже осталась позади торжественная встреча в Шереметьево 9 июня, официальные пресс-конференции в Москве и в Питере, когда в окружении видеокамер и микрофонов нужно отвечать на вопросы. Этот же разговор на берегу Вуоксы был вполне "домашним", ребята (Одинцов, Першин и Ручкин) вообще ехали отдыхать на скалы на озеро Светлое, и к нам заглянули "проездом". Большинство журналистов с темой были знакомы, поэтому вопросы касались либо деталей восхожденияна Жанну, либо проекта в целом.


Вопрос к Одинцову: испытывали ли Вы сомнения в успехе экспедиции?

Одинцов: Могу представить вам, такак сказать, "хронологию сомнений": во-первых, когда я очнулся под мостом по дороге к Жанну. Падение и последующее сотрясение мозга вывели меня из строя в самом начале экспедиции, и я засомневался в ее успехе. Второе сомнение появилось, когда мы лишились одной
платформы: Болотов и Борисов, находясь на 7000, закрепили ее на ледобурах, ветер раскачал ее
и ударил об скалу, в результате каркас платформы сломало пополам. Это примерно 10 мая. В- третьих,
тяжелый день 16 мая, когда у нас выкосило нескольких участников - Тотмянина и Борисова стукнуло камнями, Болотов сломал ребро. Ситуация казалась безнадежной.

Вопрос к Ручкину: были ли смешные ситуации на стене?

Ручкин: Ну, например, неожиданный спуск Мишки Михайлова. Мы с ним лезли наверх, и все было нормально. Вдруг МИшка мне сообщает : "Я, кажется, заболел, еду вниз" Подхожу к нему, он молниеносно садится и уезжает вниз. Я оторопел. Поехал тоже вниз. Добрался до платформы на 7400 - заглядываю - Мишка уже снял пуховый комбез и быстро-быстро прицепился к веревке и опять же уехал вниз, сказав: "если я сейчас не спущусь, то я умру!" Ну, я даже не знал, что подумать. Сообщил на базу: " Михайлов умирает, поэтому со страшной скоростью валит вниз!" На самом-то деле ситуация была вовсе
не веселая, мне просто повезло, что Павленко шел наверх, и мы смогли с ним продолжить работу на стене. Забавно было, что человек серьезно так и деловито спускается, объявив при этом, что еще немного, и он умрет на месте.

Вопрос: когда Ручкин подходил к вершине, вы видели это в трубу?

Одинцов: нет, еще немного раньше было видно человека, который подходил к снежнику. И тогда я понял, что вершина все-таки будет достигнута. Ручкин не мог сообщить о восхождении с самой вершины. Мы узнали результат, только когда Павленко спустился в платформу, это приблизительно в 18-00.

Вопрос: удалось ли сделать хоть несколько шагов на маршруте без веревки?

Одинцов: Нет, веревка была провешена вплоть до самой макушки, кайло забито в самую вершину. Оно теперь висит у меня дома.

Вопрос Ручкину: А как там на вершине, можно было постоять ?

Ручкин: Нет, стоять там было негде, она острая такая. Я хотел срубить кусочек, чтобы встать, но потом просто уселся на нее верхом, как на коня, и просидел так минут 20-30.


Немного о будущем проекте на Мачапучаре?

Одинцов: Мачапучаре - гора закрытая. Пермит просто так на нее не получить. На дебрифинге в Непале мы подняли этот вопрос, и Министр Туризма Непала после некоторых сомнений ответил, что наверное, возможно будет получить пермит на эту вершину, но необходимо представить письмо от Президента России правительству Непала с просьбой о таком пермите. Ну, нам придется пытаться все это провернуть. Что касается маршрута, то там есть стены с двух сторон, мы видели фотографии довольно плохого качества, поэтому в деталях сейчас ничего сказать нельзя. Пока есть желание залезть по стене на такую легендарную гору.

Вопрос: Команда на следующий этап проекта?

Одинцов: Команда в целом будет та же, но мы объявляем 1- 2 места вакантными - для новых участников.
Требования : кандидат должен быть моложе 30 лет и иметь квалификацию не ниже КМС.

Вопрос: а как Вы относитесь к соло-восхожениям?

Одинцов: Я считаю, что это, прежде всего, PR -акция. Такие восхождения не для удовольствия, это нужно кому-то для раскрутки, обретения имиджа, популярности, выгодных контрактов. Бабанов вот как раз и оказался заложником идеи соло-восхождений. Одиночное восхождение на 80 % - это рекламная фишка.

Ручкин: Соло восхождения очень тяжелы и физически и психологически. Очень напрягает, что каждый сложный кусок ты должен пролезть трижды, потому что нужно вытаскивать рюкзак и выстегивать веревку.

Одинцов: получается так, что "солист" либо берет в конце концов напарника на действительно сложный маршрут (Нупцзе, например), либо обходит проблемные моменты, ради которых и надо-то собственно, лезть.

Вопрос: на протяжении вашего проекта команда менялась, одни люди уходили, другие приходили. Что вы можете сказать по этому поводу?

Одинцов: Да, люди уходили из проекта по разным причинам. Игорь Барихин, который прошел вместе со мной самую первую стену, погиб на Латоке. Игорь Потанькин, который участвовал в восхождении на Троллей, Транго и Багиратхи, сейчас в горы не ходит. Устал, наверное, решил взять тайм-аут. Нам нельзя останавливаться. Вы же знаете, акула плывет, пока она движется - вода омываеи ее жабры, и она дышит. Так и наш проект - дышит, пока мы куда-то движемся. На Багиратхи с нами были Лукин и Качков - они хорошо вписались в коллектив, но стало понятно, что им не следует ходить стены такого уровня сложности. На Латоке с нами пошел Хасе - то же самое. Юра Кошеленко прошел с нами Транго, Багиратхи, Латок. Ушел по личным мотивам, просто "вырос из коротких штанишек", он ведь начинал с нами
будучи никому не известным.

Кленов - замечательный альпинист, но сейчас ему не до альпинизма. Он понял, что в данный период ему надо переориентироваться все-таки на скалолазание. Миша Дэви тоже альпинист высочайшего
уровня. Он, так же как и Кленов, был с нами на Латоке и Большом Парусе. Я отмечу особо, что Миша сделал в первой попытке восхождения на Жанну очень и очень много, его вклад в окончательный наш успех очень существенный. Без него Жанну просто могла бы не состояться.


Вопрос: что вы скажете насчет очного класса, который когда-то проводили и вы в нем участвовали?

Одинцов: Есть ностальгия по поводу этого класса. Мне кажется, уже пора его проводить, и даже знаю, где бы стоило его провести - на Замин Карор, в Таджикистане. Там сейчас снова стало безопасно.


Вопрос: Чем наполнено для вас понятие "команда"? По каким принципам вы собираете партнеров?

Одинцов: Принципов два, и они очень просты: 1. профессионализм. Все люди с таким уровнем подготовки - наперечет, их всего 15-20 у нас, даже не в России, а СНГ.
2. Коммуникабельность и командный дух. Это очень важно, потому что крутые профессионалы все амбициозны и нервные, как скаковые лошади,

25 июня 2004

Материал подготовила Елена Лалетина


.
  
#3 | Анатолий »» | 27.04.2017 19:03 | ответить
  
1
Жанну - женский взгляд


Герои пролезли фантастический, невероятный маршрут и возвращаются домой... Встречи, чествования, статьи в прессе, репортажи по телевидению... Интервью о впечатлениях о горе... Позади нелегкий труд, а в уме уже мысли о следующем проекте. Но за кадром из раза в раз остается тема, которая не освещается ни в красочных журналах, посвященных экстриму, и не укладывается в быстротечные минуты эфира - о тех, кто разделяет с альпинистами их непростую повседневную жизнь, кто преданно ждет их возвращения домой с после каждой горы, кто является "тылом", таким необходимым в их неординарной судьбе - о женах, матерях, дочерях, подругах. О женщинах, которые каждый раз провожают своих любимых, надеясь, что все закончится благополучно. Им не до рассуждений, получит ли команда Золотой Ледоруб или другие, сопутствующие успеху фишки, и сможет ли команда из-за особенностей своего состава претендовать на победу в чемпионате России. Все они проводят много дней, пока длится экспедиция, в тревоге и ожидании, волнуясь за успех восхождения, за здоровье близких родных людей, за тысячи мелочей, из которых складывается этот успех, и сюда относятся и бесчисленные нюансы, известные только родным и близким. И самый главный вопрос всегда - не станет ли это восхождение той гранью, за которой - пропасть? А все остальное отходит на задний план.

Первопроход русской команой Северной стены Жанну не оставил равнодушным никого, причастного так или иначе к альпинизму - это величайшее событие. Дерзкое решение Одинцова заявить очередным этапом проекта "Русский путь - Стены мира" именно эту стену было неожиданныи и казалось каким-то нелогичным. Реальных высотников в команде было маловато, а с блестящей техникой, но без опыта работы на высотах, превышающих 7000, надежда на успех выглядела слегка утопично. Сама команда в конце июля 2003 оценивала свои шансы 50 на 50.
Гора стала после первого подхода гораздо более определенной, и вот пришло время второй попытки. Настрой на победу рос как температура в воспаленном организме, Жанну превратилась в цель, которую необходимо достичь непременно, несмотря на совершенно ясное теперь уже понимание, во что это может
вылиться. Ясное, как казалось перед стартом. То, с чем столкнулись ребята во время восхождения, даже представить никто не мог. А как переживали экспедицию жены альпинистов? Каково быть спутницей жизни национального героя?

Наташа Одинцова: Я переживала эту экспедицию спокойно, понимала, что Сашина команда должна залезть на эту гору , тогда будет спокойный год. Если у него что-то не получается с его проектом, он очень долго пребывает в состоянии недовольства жизнью, это давит в конечном итоге и на меня.
Он постоянно думает о неудаче, настроение плохое, он же очень эмоциональный. И все это отражается на семье. Гора - мне было важно не столько, залезет он сам или нет, лишь бы все живые вернулись. Желала ему удачи...

Лена Ручкина: Я всю экспедицию страшно переживала. С моей точки зрения, такой риск не стоит того. Если бы это имело реальную пользу... Риск без конца и края. Я переживаю за любое восхождение ничуть не меньше, чем за Жанну, непоправимое может случиться на любой горе... Вот залезли, кажется - ох да ах, какие герои, а через месяц все забудется, и все... Это как мираж... Даже для него, а для меня - это одна нервотрепка.

Света Болотова: Очень волнуемся с самого начала экспедиции и до момента их возвращения домой. Неделя штурма самая напряженная. На сайтах нервно ищем новую информацию. Любая задержка информации может вызвать панику. Успокаивает лишь то, что отсутствие новостей в таком деле - тоже хорошие новости. Для нас ребята не национальные герои, а в первую очередь наши близкие люди - мужья, отцы наших детей. Поэтому для нас самое главное и важное, чтобы все вернулись живыми, а уже потом - спортивный результат. Переживаем за каждого участника экспедиции.

Люся Борисова: В этой экспедиции поздравлять друг друга начали только после того, как вся команда спустилась в базовый лагерь. Победы желали очень искренне, всей душой. Ведь, зная упорство наших ребят, понимаем, что они поедут в повторные экспедиции, вплоть до желаемой победы. Так пусть хоть эта проблема у них уже будет решена, и на следующий год они могут ставить перед собой и решать уже другие задачи. А в том, что новые цели найдутся, нет ни малейших сомнений!

Ира Першина: Тяжело. Все бытовые проблемы остаются "за кадром", все время ловишь себя на мысли, что ты в ожидании! Никто вокруг ничего не говорит, но, когда ребята уходят наверх, ощущается некоторая тревога...

Лена Кириевская: Женой национального героя лично я себя не ощущаю. А насчёт переживаний, хотя и давно к этому привыкли (я отвечаю за семью), но в этот раз было много информации и пришлось малость попотеть за ребят.

Вот так - просто - я отвечаю за семью... Да, им приходится отвечать, из года в год, растут дети, множатся бытовые проблемы, а горы зовут мужчин в свой ослепительный полный риска мир, заставляя выкладываться до конца, и тут же подсовывают новую задачку.


А как Вы отнеслись к сообщению Одинцова летом 2002 о намерении идти на Жанну?

Наташа Одинцова: Жуть, просто жуть. Надеялась, что он передумает. Провожала как в космос. Стена крутая - это всегда тяжело, на любой высоте. И высотное влосхождение, обычное, по классике, когда просто идут пешком, медленно поднимаясь в три такта - тоже. А как совместить это - в мое сознание это не укладывалось.

Можете ли Вы представить что ваш муж бросит заниматься альпинизмом, а будет вести "правильную жизнь"?

Света Болотова и Люся Борисова: Нет, этого не представляем. Спортивный, здоровый и активный образ жизни, который ведут все семьи альпинистов, - это ли не правильная жизнь?

Ира Першина: Нет, хотя он порой говорит, что это в последний раз. Он тяжело переживал смерть Игоря Нефедова, с тех пор несколько лет не ходил в горы, занимался мультиспортом... Лишь прошлой осенью вдруг решил поехать на Жанну?! Надеюсь, что он будет ходить в горы, но уже не такие крутые маршруты, а для себя.

Лена Кириевская: Он и так старается вести правильный образ жизни. А по поводу альпинизма - это его, а я везде рядом с ним, пусть даже мысленно.

Наташа Одинцова: Мне кажется, что когда не будет лезть сам, все равно совсем это не бросит, будет организовывать экспедиции, и быть рядом с теми, кто попытается их проходить. Это его дело, у него все друзья в этом, связи, это его стихия ...

Лена Ручкина: Хотелось бы, просто мечтаю об этом, но представить пока не могу.

Что дети говорят об отце?

Наташа Болотова: Дети гордятся, волнуются, ждут, надеются, уважают.Постоянные тренировки, сила воли, целеустремленность не могут не вызывать восхищения и приятного удивления. Энергия папы стимулирует и нас к активным действиям.

Ира Першина: Маша уже понимает, что папа уехал в горы, если видит их на фото или по телевизору. А Никита теперь уже хочет ехать с папой, все время хочет куда-то залезть! Когда был совсем маленьким, Никита выразился, что не любит самолеты, потому что на них папа улетает куда-то!

Лена Кириевская: Дети полностью поддерживают папу. В его отсутствие никто им не вставляет "клизмы". А вообще-то они очень любят и гордятся своим отцом.

Наташа Одинцова: Старшая дочь, Саша, уже большая, понимает, что к чему. Относится к его альпинистской жизни с юмором - ну вот, опять куда-то ползет... Когда узнала что папа свалился, и у него сотрясение мозга, то очень переживала.

А Вы, наверное, хорошо зная Сашин характер, могли предположить, что он все равно попытается пойти наверх?

Наташа Одинцова: Ну, он же не говорил, как высоко собирается. Говорил осторожно так: "Высоко не пойду, не волнуйтесь" А потом звонил, что спустился сверху, и уже в базовом лагере.

Можно ли привыкнуть к тому, что муж - альпинист? Надеетесь ли вы на его опыт и интуицию, или каждый раз надеетесь, что это восхождение завершит его альпинистскую карьеру?

Света Болотова и Люся Борисова: Да, можно привыкнуть ко всему. Главное знать, что за каждым расставанием будет очень радостная встреча. В нашей семье уже сформировались традиции проводов папы в горы и встречи его из экспедиции. Всегда с присутствием большого количества гостей: родных и друзей. Однажды ездили встречать на вокзал на пяти машинах, только одного нашего папу Алешу. Несомненно, надеемся на его опыт, мастерство, интуицию, чувство опасности, меры и запас сил, который мы старательно пополняем своей энергией ожидания. Завершения альпинисткой карьеры не ждем, оно возможно только в очень печальном случае. Мы молимся, чтобы этого никогда не случилось. Пример Е.
Виноградского и В. Першина говорит о том, что альпинистский стаж может быть долгим. А энергии у них столько, что и на все мирные дела хватает.

Ира Першина: С возрастом, наверное, ответы на обычные "почему?" и "зачем?" едешь в горы, уже становятся несколько другими. На высоту, надеюсь, Миша больше не будет ходить. Насколько я понимаю, - ему надо просто физически наработаться до "не могу", проматериться от души и вниз!

Лена Кириевская: Ну мы же давно с этим смирились! Это их жизнь. Лиши их этого - помрут же! На опыт, на интуицию, на ребят которые рядом, конечно же очень большая надежда. Над этим не думаешь, это внутри.

Приходится ли заниматься бизнесом мужа в его отсутствие, чтобы совсем не развалилось все за время экспедиции?

Наташа Одинцова: Нет, его бизнесом я не занимаюсь. Но он звонил регулярно, и я передавала его ЦУ сотрудникам.

У Саши Одинцова отличные литературные способности, он мог бы написать книгу про это восхождение. Будет ли он это делать?

Наташа Одинцова: Не думаю. Основная причина - нет времени. Как-то по просьбе американского журнала пытался написать статью, но тоже было некогда.

Удавалось ли общаться с экспедицией - письма, звонки...? Звонил ли он вам перед каждым выходом?

Света Болотова и Люся Борисова: С чудесным освоением интернета и спутниковой связи, проблем с общением нет. Регулярные электронные письма, звонки перед выходом и, обязательно, после каждого спуска в базовый лагерь.

Ира Першина: Миша звонил несколько раз, и для нас самыми замечательными словами были: "Я спустился!" И даже порой самая хорошая новость - это отсутствие новостей. Мое состояние порой настолько тревожно, что каждый звонок и ждешь, и боишься, что это он звонит! А на сайт просто
боюсь лазить - вдруг что-то случилось... У меня опять в эту экспедицию было нехорошее предчувствие. Как в 2000 году перед их восхождением с Игорем Нефедовым на Кюкюртлю. До сих пор помню тот ужасный звонок, когда мне позвонили спустя два дня (уже все знали, кроме меня, что Игоря завалило камнепадом...) и спросили, что наверное Мишку больше не отпущу в горы!

Лена Кириевская: В этот раз очень много писали писем, получали и, конечно же, было приятно слышать в телефонную трубку родной голос. Мы очень благодарны за это тем, кто нам эту возможность предоставил.

Лена Ручкина: Интернет? Для меня - это вредно! Мне нельзя знать подробности - как лезет, что там происходит... Когда нет известий - напряжение постоянное, но какое-то однородное. А когда приходит информация - оно концентрируеися, и я сижу тогда с холодными руками и синими губами и ногтями.
А вот когда звонил из базового лагеря - сразу легче становилось. Три дня живу спокойно, а потом опять все сначала.

Наташа Одинцова: Звонил, писал - часто. Конечно, информация из экспедиции - это хорошо. Раньше, когда не было интернета, компьютеров, спутниковых телефонов, женщины звонили друг другу, обсуждали, строили предположения. Это очень мешало работать, выводило из равновесия. А теперь другое дело, прихожу в офис, распечатываю новости с сайтов, понятно, что происходит, все же это определенность, и поэтому лучше.


Вы сами любите горы, занимались ли раньше альпинизмом, а может, и сейчас? Разделяете ли искренне этот образ жизни?

Лена Ручкина: альпинизмом занималась, с Сашей сходили даже на "пятерку", много времени провели вместе в горах, в Ала Арче.

Наташа Одинцова: Занималась альпинизмом, в начале 80-х, это было не очень долго, но к горам прикоснулась...

Света Болотова: Горы люблю, но не так фанатично. Знакома с ними только как турист, а не альпинист. Такой образ жизни разделяю и приветствую. Кстати, для нас с Алексеем Алиамское кольцо Тянь Шаня стало "обручальным".

Люся Борисова: С Сергеем познакомились в альплагере "Дугоба", где я подтверждала звание КМС, и сегодня готова к любому горному путешествию.


Ира Першина: До недавнего времени я вообще не знала, что такое горы, что могут значить эти экспедиции. Мне до сих пор не важно, залезли ли они до вершины - лишь бы спустились благополучно!

Лена Кириевская: Да, в своё время чуть-чуть этим занималась. Это здорово. Но я предпочитаю ждать мужа дома. Назвать это спортом, то что сделали они в этот раз, я не могу. Вообще-то это очень сложный вопрос, на который, я думаю, даже мужикам будет сложно ответить.

Как муж собирается в экспедицию?

Наташа Одинцова: Собирается спокойно, у нас на первом этаже есть комната нежилая, он туда носит вещи, раскладывает по кучкам, перекладывает, готовит для отправки груза, никто не должен туда входить и отвлекать его от этого процесса. Раньше, когда снаряжения было мало, собирался перед самым отъездом, в полчаса. Теперь груз отправляют заранее, поэтому собирается долго и продуманно. Но, тем не менее, всегда что-нибудь, да забывает.

Лена Ручкина: Собирается за пять минут до выхода. Навык большой, поэтому все делает четко, спокойно и быстро, рюкзак собирает очень аккуратно, в определенном порядке, но из дома обычно выскакивает в последнюю минуту, только бы успеть...


Ваше впечатление о команде, о проекте Одинцова, о современном альпинизме, о русском альпинизме?

Света Болотова и Люся Борисова: Очень сильная упорная команда достойная победы! Внесла свой немалый вклад в историю русского альпинизма! Поздравляем и гордимся!

Ира Першина: Мне кажется, что в таких экспедициях очень важна сплоченность команды, что удалось как раз весной 2004 года. А в первой попытке как-то было мало наших ребят, был слишком разношерстный состав, и это сказалось на общем настрое и работоспособности! Надеюсь, что каждый опытный альпинист знает свой потолок, свою "высоту", выше которой от него ничего не зависит. Хотелось бы, чтоб ребята были не тщеславны и не лезли выше своего "потолка"!

Лена Кириевская: Поняла что команда просто улёт! Молодцы мужики! Молодец и Одинцов, что собрал замечательную команду. Радуют и другие команды. Прохождение сложнейших маршрутов - это и опыт, это и снаряжение, это и поддержка жен, что тоже немаловажно! Радостно, но мне не понять.


Ваше пожелание всем альпинистским женам, подругам, мамам, дочкам?

Наташа Одинцова: терпения, спокойствия во время всех экспедиций, чтобы не дергались сами и не дергали других.

Лена Ручкина - всем желаю любви и терпения

Света Болотова и Люся Борисова: Всем, кто ждет альпинистов, желаем терпения и веры в победу.

Ира Першина: Терпения! И надо собраться женам своей командой, куда-нибудь "ломануться", и чтобы мужики наши сидели и переживали дома!

Лена Кириевская: Всем желаю любви, здоровья и очень много терпения.

Сообщения с Жанну напоминали сводки с фронта. Нелегко пришлось женщинам. Страх за любимых, напряжение, одиночество, но...как сказала напоследок одна из участниц этого разговора: "Непросто все это дается. Но я искренне рада, что у него хватаем мужества жить такой жизнью, какую он сам себе выбрал, и делать то, что для него важно, несмотря ни на что. Это не многим по плечу... А я по мере сил
стараюсь быть женой такого мужчины"

К сожалению, с остальными женами участников экспедиции побеседовать не удалось.

( Совместная акция питерского www.russianclimb.com и екатеринбургского www.alpclub.ur.ru сайтов - материал готовили Алексей Мясников и Елена Лалетина)


.
  
#4 | Анатолий »» | 27.04.2017 19:05 | ответить
  
1
Команда прибыла в Москву 9 июня. Встреча. Первые впечатления.


Ни у вас ни у меня такой горы больше не будет...


9 июня 2004 Команда прилетела в Москву в 14-00 рейсом Катарских авиалиий. Официальная встреча, а потом - как водится - разговор за рюмкой чая, и первые рассказы "как это было":

- Ручкин, был момент, когда казалось, что не сможете добраться до вершины?

Ручкин: до самого конца, пока не вылезли уже на макушку, я не был уверен. Вершина за перегибом, снизу не видна. Фиг знает, сколько до нее метров. Снизу нас корректировали, уже за два дня до этого говорили - осталось две-три веревки. А мы все лезли и лезли. В последний день у нас оставалось две веревки с собой, если бы их не хватило, пришлось бы нам с Павленко вниз идти без вершины. А Борисов тогда бы уже залез.

- А перед самой вершиной был хотя бы кусок маршрута, где можно просто ногами идти, без веревки?

Ручкин: нет, крутой гребень кончился прямо у самой вершины, так и лезли до конца по веревкам. Да это и не гребень, а фактически стена до верха.



- Коля, а где ты камень поймал?

Николай Тотмянин: на последней веревке на спуске. Это ниже 5100. Сначала веревка с конуса, а потом ниже по полке уходишь, и на первой веревке с полки. Только успел вщелкнуть восьмерку и выщелкнуть самостраховку, и получаю такой удар - такое впечатление было, что мне хороший боксер врезал по морде.

- Каска разлетелась?

- Нет, вырубило кусок каски и стукнуло по очкам - они мне переносицу разрезали.



Михаил Бакин: а вообще это был такой день - Першин тоже из-за кровоизлияния был вынужден свалить вниз, а еще через 3-4 часа на Борисова упал камень, а еще через 2 часа упал Болотов и сломал ребро.

Сергей Борисов: два года назад как раз в этот день, 16 мая, мы с Лехой Болотовым взошли на Эверест, и надеялись, что и теперь это будет классный день, и нам попрет. Поперло...

А потом, в самом конце восхождения, приблизился муссон, стало жарко, и на стене начались другие проблемы - между группами, поднимающимися наверх, получалось 3-4 дня перерыва, и за это время станции успевали вытаивать





Ручкин: буры у нас вытаивали изо льда. вот я лезу по веревке, выдергиваю ее из подо льда, и с каждым метром она, получается, держится все хуже. Там лед, а потом такая ямка, и там веревка затекла льдом, и именно этот лед ее держит. Однажды лезу, выхожу за перегиб, и глаза на лоб вылезают - станции нет, оба бура торчат наверх, веревка держится на следующей веревке, которая точно так же втаяла, и на этом держится, а следующая станция точно так же вытаяла. Мишка снизу спрашивает: "Ну что ты там встал?" А я на перегибе вишу на веревке на станции, которой нет...

- Помнишь, перед прошлой экспедицией вы говорили, что и не представляете, какие породы встретятся на стене. Осенью вы до стены едва дотронулись, да и в снегу она вся была. Ну, и из чего оказалась Жанну сделана?

Ручкин: я не ожидал таких скал... Сколько мне высотники говорили, убеждали, что, мол, на высоте стен не бывает... Что там все разваливается. Ну, к примеру, на Хан когда идешь - скалы все как бы полочками. А тут получается ну просто парадокс. Вот Саня (Одинцов - прим ред.) - геолог, и он нам рассказывал - ну, нет на высоте стен, не могут они там быть, камень на высоте не сохраняется. А тут оказался гранит такой сложности - просто невероятно. И даже там, где разрушенная скала попадалась - все равно это было очень круто - на Ак Су такого не было... Вот Мишка не даст соврать - я просто лез и матерился, я просто не знал, что делать. Ощущение было, точно попал в тупик. Ну, не бить же там, как на Слесова, шлямбурную дорожку метров 20. Просто сумасшедший гранит.

Миша Михайлов: а еще были в граните дырочки кварцевые. Прямо кристаллы кварца в них. Ты туда закладку - раз! - и лезешь дальше...

Ручкин: карнизов просто немеряно было...

Николай Тотмянин: да после 7000 карнизы сразу начались, и до верха...

- А шлямбура использовали?

Ручкин: чуть-чуть - только на траверсе, на маятнике...

- Сколько вы в общей сложности прошли километров, сколько туда-сюда находили?

Ручкин: да вот мы хотели посчитать. Мишка Першин посчитал по GPS - у него получилось 10 км, но он дней 10 потом не работал. А у меня Минимум 15 км получится. Это можно в веревках посчитать.

Ребята говорили, что если что-то падало, то найти упавший предмет можно было примерно на 25-й веревке внизу. Баул метнули, и он летел вниз, лишь однажды коснувшись стены.

Миша Михайлов: а я на стене ковырялся и мешочек уронил - там лежал карабин еще что-то, и он засвистел вниз... смотрю - ушел, ушел, раз - за перегиб скрылся, а потом внизу его видели. Прямо походишь к перилам, где стена начинается - вот он лежит...

Николай Тотмянин: а я слышу раз: "Коля, я кидаю спальник!" Только успел услышать, и вот он мимо меня свистит...Спускаюсь вниз - на тропе лежит. Аккуратно так...

-Как ребятам работалось друг с другом?

Михаил Бакин: я хочу сказать что моральный климат в команде был исключительно хороший. Несмотря на рабочие моменты, неизбежные в такой экспедиции при больших мастерах, каждый из которых имеет свои амбиции - конфликтов никаких не было, и все вопросы решались не только по доброму, но и позитивно.

Александр Одинцов: И, несмотря на все - грустно... Знаете почему? Потому что ни у вас, ни у меня такой горы больше не будет...это все равно как достичь мечты.

Геннадий Кириевский: это как английская королева - на ней жениться можно только один раз...

Николай Тотмянин: да, Жанну - опыт колоссальный. новый, абсолютно новый опыт.

Михаил Бакин: я предлагаю - давайте забьем какую-нибудь стеночку на Гавайях. Пониже...

Миша Михайлов: А если хочется померзнуть в экстремальных условиях - есть еще стена Пика Военных топографов, можно ее зимой пройти. Мы с Ручкиным пробовали осенью пролезть стену в Кызыл-Аскере - ничего не получилось, добрели обратно до заброски, замерзшие как цуцики, и Саня говорит: "А давай зимой попробуем..." А там в середине октября -30 было. А зимой, говорят, -50 обычно.

И народ стал обсуждать разные варианты - на какой бы теперь стене проложить русский маршрут.

На следуюший день в редакцию пришло письмо из Перу: "Всем привет и поздравления! Ждем вашу команду в Андах!"

А, может и вправду - Анды?...



9-11 мая 2004 Елена Лалетина


.
  
#5 | Анатолий »» | 27.04.2017 19:13 | ответить
  
1
Фотогалерея























.
 
© climbing.ru 2012 - 2017, создание портала - Vinchi Group & MySites
Экстремальный портал VVV.RU ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU