Вершина Домбай-Ульгена.

1
18 июня 2014 в 21:40 2666 просмотров
ПО СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЙ СТЕНЕ ДОМБАЙ-УЛЬГЕНА

В. Т. ДАВЫДОВ


На Западном Кавказе нет вершин, равных по высоте и мощи Домбай-Ульгену. Его величественный много­главый массив возвышается в Глав­ном хребте, значительно превышая окружающие вершины. Наше внимание привлекла восточ­ная вершина Домбай-Ульгена. Она расположена в основ­ном гребне массива, по которому проходит линия Главно­го хребта. На западе ее соединяет с главной вершиной короткая перемычка, переходящая в крутые взлеты во­сточного гребня главной вершины. На юго-восток от во­сточной вершины основной гребень двумя гигантскими ступенями спускается к перемычке между массивом Домбая и Буульгенской «пилой». На юг, к южному Домбай-скому леднику, а также на север, северо-восток и восток, в ущелье Бу-Ульген, массив восточной вершины обрывается грандиозными скальными стенами. Северная и северо-во­сточная стены массива плавно смыкаются между собой. Северная стена отходит непосредственно от вершины, образуя как бы часть поверхности гигантского конуса, обращенного выпуклостью на север; она мало освещается солнцем, имеет крутизну до 70°, заснежена, местами за­лита натечным льдом и сложена монолитами. Северо-восточ­ная стена спадает несколькими ярусами мощных скаль­ных сбросов от взлета гребня юго-восточной вершинной башни и становится положе у стыка с восточной стеной. Последняя имеет форму колоссального вогнутого треуголь­ника, вершина которого находится на нижнем взлете юго-восточного гребня. Боковыми сторонами этого треугольни­ка служат основной гребень и слабо выраженный контр­форс, разделяющий восточную стену и стену Буульгенской «пилы» с одной стороны и стык под тупым углом с северо-восточной стеной—с другой. Верхняя часть во­сточной стены отвесная, в средней, наиболее пологой части, ее пересекает пояс нависающих скал, в нижней части стена имеет крутизну в 50—60°.

Высота восточной вершины 3 950 м. Ее северо-восточ­ные стены, обращенные в Буульгенское ущелье, на 500-600 м превосходят высоту южной стены массива. Основа­ние северо-восточной стены имеет высотную отметку 2 045 м над уровнем моря, следовательно, высота стены составляет около 1 900 м. Таким образом, Восточный Домбай-Ульген по относительной высоте не уступает вершинам Централь­ного Кавказа.

Массив Восточного Домбай-Ульгена сложен в основном гнейсами. Его микрорельеф характеризуется обилием глад­ких крутопоставленных монолитных плит с редкими за­цепками и трещинами. Захваты часто округлены, выра­жены нечетко; нередко встречаются отвесные и нависаю­щие участки скал. Менее крутые участки северо-восточной стены представляют собой большей частью ступенчатые скалы с неблагоприятным наклоном ступеней; редко встре­чающиеся более пологие ступени покрыты осыпью.

Восточная вершина Домбай-Ульгена—одна из труд­нейших на Кавказе. Не случайно, что до 1953 г. на нее было совершено только два восхождения, несмотря на большое количество альпинистских лагерей в Домбае. Впервые восточная вершина была пройдена лишь в 1948 г.: группа общества «Молния» (К. К. Кузьмин, В. Ф. Несте­ров, А. Н. Волжин) поднялась на нее по южной стене с южного Домбайского ледника. Этот маршрут был оценен V-Б категорией трудности и признан лучшим восхождением сезона. В 1952 г. по той же южной стене взошла группа под руководством И. А. Галустова («Буревестник»). В отличие от первовосходителей, она вышла на вершинную башню по сложному южному ребру. В 1952 г. группа В. Д. Лубенца («Наука») преодо­лела нижнюю часть восточной стены, выйдя к стыку восточ­ной и северо-восточной стен, но здесь была вынуждена прекратить восхождение.

* * *

Мы располагали достаточно полными сведениями о вы­ходе на вершинную двухсотметровую башню. С этим участ­ком нас подробно ознакомили В. Ф. Нестеров и А. Н. Волжин. В. Д. Лубенец поделился с нами своими впечатлениями о первой трети маршрута по стене и дал ряд ценных сове­тов. Оставалась не вполне ясной лишь средняя часть пути по стене, которая требовала уточнения на месте.

5 июля наша группа—В. Т. Давыдов, Г. Г. Живлюк и В. П. Некрасов (ЦДСА)—выехала в горы. Отдавая должное усилиям спортсменов «Науки» в их борьбе за победу над восточной вершиной, мы пригласили спорт­смена этого общества В. И. Пригоду принять участие в нашем восхождении.

Первое тренировочное восхождение группа провела в Буульгенском ущелье. Затем мы поднялись на стену Буульгенской «пилы», детально просмотрели и изучили маршрут. Наблюдая сильные лавины и учитывая интен­сивное таяние снежников, расположенных на более поло­гих участках стены, мы наметили наиболее рациональный путь подъема, тактически выгодные и безопасные места ночевок, график прохождения маршрута. Наблюдения показали, что над нижней частью восточной стены, по кото­рой весь день поднималась группа В. Д. Лубенца, теперь лежал мощный снежник, скалы под ним были мокрыми от стекающих ручейков. Вряд ли можно было ожидать, что снежник сойдет в ближайшие дни. Маршрут группы «Науки» оказался в то время года мало­приемлемым. Мы решили начать с подъема по контрфорсу, отделяющему восточную стену Домбая от Буульгенской «пилы». Дальше, пересекая восточную стену с юга на север в средней ее части, выйдем к стыку восточной и северо­-восточной стен. Дальнейший подъем по северо-восточной стене приведет нас на основной юго-восточный гребень вершины. Преодолев взлет гребня, мы выйдем по нему к подножью вершинной башни. Путь на нее и спуск на юг были знакомы по рассказам первовосходителей. Запасной вариант маршрута предусматривал выход с восточной вер­шины на главную и спуск через Домбайское седло.

Чтобы обеспечить слаженную работу группы на слож­ных стенных участках, тренировочный период завершаем восхождением на вершину Белала-Кая по западной стене. В группу наблюдателей входят разрядники В.Винокуров, В. Терлецкий и Л. Краснов, снабженные радиостанцией.

* * *

30 июля. Раннее утро. За крутым поворотом дороги остались широкое низовье р. Аманауз и мощная пирамида г.Белала-Кая, озаренная первыми лучами восходящего солнца.

От Гоначхирской поляны автомашина набирает высоту по серпантинам Военно-Сухумской дороги. Дальше долина расширяется, становится более пологой, дорога вытяги­вается в плавную ленту. В створе открывающегося справа Буульгенского ущелья показался строгий и величественный трезубец Домбай-Ульгена. «Вид на стены Домбай-Ульгена из Буульгенского ущелья—одна из самых грандиозных картин Кавказа», - совершенно справедливо отмечает Б. Н. Делоне в своей книге «Вершины Западного Кавказа».

На 26-м километре Военно-Сухумской дороги выгружаем свои рюкзаки с восьмидневным запасом продуктов и «ме­талла» (26 крючьев и 16 карабинов), радиостанцией, бен­зином, палаткой и другими необходимыми предметами. Пересекаем реки Клухор и Бу-Ульген. Наш путь идет по пологой, слабо протоптанной тропе вдоль р. Бу-Ульген. Справа и слева высятся пихты и ели, обросшие мхом и ли­шайником. Хвойный лес постепенно сменяется угнетен­ной лавинами древесно-кустарниковой растительностью из березы и ольхи. Еще выше расстилается широкая троговая долина, по дну которой, дробясь на рукава, течет река. Склоны ущелья хорошо задернованы. Богатая раститель­ность ущелья получает достаточно влаги, которую несут воздушные массы, проникающие с юга, от моря через Буульгенский перевал. Зимой они питают обширный снежно-ледовый цирк Бу-Ульгена.

Высокий субальпийский травянистый покров сменяется низкотравным сочным изумрудным альпийским ковром с пятнами голубых незабудок, яркосиней горечавки, розо­вой альпийской ромашки.

Водопады на фоне густой зелени лугов, ледники и ве­личественные суровые скалистые гребни придают особую живописность ущелью, сравнительно редко посещаемому альпинистами.

По мере того как мы поднимаемся по ущелью, стены Домбай-Ульгена все выше загораживают небосвод. Через несколько часов начнем неизведанный и трудный путь к вершине.

Любуясь грандиозной панорамой, доходим до пере­леска, образованного низкими березками и кустарником. Этот последний островок зелени примыкает к морене под стеной восточной вершины. Даже привычного наблюдателя альпийской флоры невольно поражает контраст сочетания зелени со снегами мощных лавинных выносов и суровых скал.

Останавливаемся там, где будет разбит бивак наблюда­телей. Еще раз проверяем радиостанции, сверяем основные и запасные варианты связи, часы, передаем наблюдателям кроки.

На довольно крутом снежном склоне замечаем группу быстро передвигающихся туров. В бинокль отчетливо видны темные фигуры животных, резко выделяющиеся на фоне снега. Но вот вслед за вожаком все стадо скрывается на рыжеватых скалах, хорошо гармонирующих с защитной окраской животных.

Пересекаем морену. Почти из-под ног с характерным криком выбегают, припархивая, выводки уларов. Подхо­дим к гигантскому 150-метровому лавинному конусу у ос­нования восточной стены и прощаемся с провожающими нас наблюдателями. Последние пожелания успеха, и наша четверка медленно продвигается вверх по 45-градусному склону лавинного конуса. Справа мощнейший желоб, выбитый в конусе запоздалыми весенними лавинами. С вершины конуса видим далеко внизу три еле заметные фи­гурки наших наблюдателей, возвращающихся к своему биваку.

Преодолеваем подгорную трещину и вступаем на крутой скальный склон типа древних «бараньих лбов», покрытый трещинами и следами вывалившихся кусков породы - результат интенсивно протекающих процессов морозного выветривания.

Поднимаемся по довольно крутым, средней трудности, скалам контрфорса, плавно переходящего в северную стену Буульгенской «пилы». В средней и верхней части контрфорса скальные полки местами поросли травой. Пройдя около 300 м, разбиваем в 16 часов бивак на малень­кой площадке, метрах в тридцати слева от маршрута, на уровне двух четырехугольных снежников в углублениях восточной стены. Над нами поднимаются заглаженные ска­лы крутизной в 50—60 градусов.

Преодолеть поднимающийся над нами взлет контр­форса и пересечь восточную стену по наименее крутой ее части—задача следующего дня.

31 июля. Просыпаемся от пронзительного крика альпий­ских галок, занятых дележом остатков нашего ужина. Вдали розовеют вершины Эльбруса.

Первые лучи солнца, косо осветившие восточную стену, подчеркивают ее рельеф; становятся более ясными отдель­ные участки дальнейшего пути.

Начинаем подъем по гладким, покрытым лишайниками, черным скалам шестидесятиметрового глубокого камина, кое-где забитого глыбами, которые обходим слева по стене. На этих скалах даже новые трикони держат плохо, про­двигаемся на распорах.

Камин пройден. Траверсируем стену по диагонали вправо к верхней части большого снежника по рыжим волно­образным заглаженным скалам. Перед нами широкий пояс черных скал, пересекающий стену. Наименьшая крутизна их 80° в левой части, где пояс смыкается с Буульгенской «пилой». Здесь мы преодолеваем стену тридцатиметрового нависшего в своей верхней части пояса, траверсируя по диагонали вправо и вверх к наклонной черной полке.

Один за другим поют забиваемые крючья. На двадцатом метре стена вертикально уходит из-под ног, постепенно нависая над прилепившимся далеко внизу очень крутым снежником. Впереди на уровне груди выдается скальный выступ. Сделав упор левой ногой, крепко держась за кара­бин, с трудом прижимаюсь к скалам ниже выступа. Пра­вая рука нащупывает далеко впереди расщелину - только она и позволяет пройти это место. Проверяю захват - на­дежный! Передвигаю правую руку чуть дальше, оставив на захвате место для левой руки. Упор для ноги далек, невольно приходится изобразить нечто похожее на гимна­стический «шпагат» в воздухе. Наконец, это место прой­дено. С тщательной крючьевой страховкой прохожу еще метра три почти отвесных скал. До наклонной полки остается около двух метров, но путь преграждает внутрен­ний нависающий угол. Самые тщательные поиски зацепок и трещин для крючьев остаются безрезультатными.

Из второй связки подходит на помощь Виктор Некра­сов. Он в тапочках. Начинается акробатика на высоте: откинувшись в упоре, держась левой рукой за карабин, придерживаю ногу своего товарища, которая от непо­сильного напряжения начинает дрожать.

«Поддержи за спицу»! - просит Виктор. Исполняю его просьбу; теперь, освободив руку, он забивает наверху крюк, который можно использовать как зацепку. Мышцы крайне напряжены, с лица капельками стекает пот. Еще одно совместное усилие - и Виктор, уже стоя на полке, далеко впереди забивает десятый, одиннадцатый и двена­дцатый крючья этого участка.

Выход остальных, несмотря на натянутую веревку, также сложен, так как крючья наверху удалось забить только в стороне; при подъеме по натянутой веревке она отбрасывает вправо, где стена образует отрицательный уклон.

Рюкзаки вытягиваем на веревке с кромки очень крутого снежника под нависающей стеной.

Через час мы все наверху. Переобулись в резиновые тапочки для траверса стены по отполированным лавинами скалам наклонной террасы, которая справа на всем своем протяжении обрывается зловещей, местами отрицательно наклонной стеной пройденного нами пояса черных скал. Трудно организовывать страховку: уступов нет, трещин мало, везде заглаженный монолит стены. Черные гладкие плиты наконец сменяются желтыми, более разрушенными скалами. Пересекаем водяной поток с верхнего снежника и начинаем подъем по стене к двой­ному снежнику под зазубриной в правой части восточной стены. Последний участок идем по несложным разрушенным скалам, местами поросшим лишайником; кое-где виднеются пучки травы.

В 6 часов вечера под скалой у снежника сбрасываем рюкзаки. Кипит работа: выложена, как всегда, площадка под палатку, хлорвиниловые трубки помогают направить в котелки тонкие струйки воды, стекающей по скалам.

Василий Пригода передает очередную радиограмму: «... пройден очень сложный участок стены, вышли на запла­нированное место ночевки. Все в порядке. Завтра выходим по сообщенному вам маршруту. Доложите о связи с лаге­рем...»

1 августа. В 6 часов утра, обогнув снежник, продолжаем подъем, забирая вправо. Сначала идем по несложным серо-зеленым скалам, покрытым лишайником; дальше крутизна резко возрастает. Приходится лепиться друг над другом. Осторожно проверяя каждую опору, лезем вверх. Внезапно слышу удивленный возглас Живлюка: на этих голых скалах у него из-под ног выскользнула упитанная прометеева мышь.

Преодолев двухсотметровый участок восточной стены, переходим на северо - восточную в том месте, где была вы­нуждена прекратить подъем группа «Науки». Отходим по­дальше от опасной грани стыка восточной и северо-восточ­ной стен.

Огибаем трудный скальный взлет. Путь преграждает почти отвесная тридцатиметровая стена с редкими зацеп­ками. Все чаще приходится забивать крючья, все большего внимания требует подъем. С большим напряжением выхо­дим наверх, используя неглубокую расщелину.

Трудные участки обе связки проходят совместно: иду­щий первым во второй проходит маршрут, используя ве­ревку первой, после чего первая связка штурмует следую­щий участок.

Дальше поднимаемся по крутым гладким черепитчатым плитам. Наклон ступеней 40—45° при средней крутизне стены 50—60°. Отдельные, менее крутые ступени покрыты непрочно лежащей осыпью. При малейшем движении камни, наби­рая скорость, со свистом летят вниз. Нельзя наступить на осыпь: нога вместе с мелкими камнями свободно скользит по гладкой поверхности. На всем участке стены ни одного надежного выступа для страховки, с большим трудом организуем крючьевую страховку.

Осторожно, медленно, но неуклонно движемся вверх. Уже близок основной юго-восточный гребень массива.

Дальше стена вздымается очень крутым стометровым взлетом. Пересекаем шестидесятиградусную косу снеж­ника и пытаемся преодолеть этот взлет. Однако примерно на середине наш путь преграждает пятнадцатиметровая стена заглаженных нависших скал. Приходится вернуться на снежник. Единственно возможный отсюда путь вверх— гладкая, мокрая, наклонная полка, сбоку обрывающаяся все увеличивающейся по высоте стеной, переходящей в от­весы верхней части восточной стены, напоминающей испо­линскую чашу.

Полка выводит нас на основной гребень массива, веду­щий от восточной вершины к Буульгенской «пиле». Впе­реди уходят вниз обрывы южной стены. Наша площадка расположена как бы на карнизе над колоссальным отвесом восточной стены, верхняя часть которой отсюда не видна. Справа вздымается восьмидесятиметровый взлет гребня, сложный, но единственный путь к вершине.

Уже 4 часа дня. Решаем остановиться здесь на ночлег. Сокрушенно рассматриваем взлет и решаем остаток дня использовать для его обработки. Этим занимаются Живлюк и Некрасов. Почти все время слышится стук молотка и звон забиваемых крючьев.

Взлет, особенно его верхняя часть, как бы составлен из плотно пригнанных исполинских, круто поставленных плит с малым количеством трещин и зацепок. Проходящая слева в верхней части взлета вертикальная расщелина также имеет заглаженные края, поэтому от подъема по ней придется отказаться. Снизу хорошо видно, как подни­маются прямо вверх посередине крутых монолитных плит наши товарищи, забивая промежуточные крючья для опоры и страховки. Наконец, один из них появляется на верхних скалах взлета и приветственно машет рукой.

К возвращению товарищей у нас уже выложена пло­щадка, готов суп и кисель.

Летят вниз опустевшие консервные банки, напрасно ждем звука падения, нависающая стена полностью экра­нирует далекое эхо.

Наблюдатели сообщают по радио, что в мощный би­нокль хорошо видят наше «ласточкино гнездо».

2 августа. Рассвет. На востоке контуры уходящих вдаль хребтов окантованы ослепительно искрящимся, дро­жащим золотым шнуром. На юге небо подернуто длинными тонкими волокнами высоких перистых облаков—предвест­ников ухудшения погоды.

Забитые накануне крючья позволили быстро и уве­ренно преодолеть взлет. Впервые за все время восхождения выходим на короткий гребневой участок. Преодолеваем иглы сильно изрезанного узкого гребня, обрывающегося по обе стороны отвесами. Осторожно, с тщательной стра­ховкой, штурмуем «в лоб» большие крутые плиты, торчащие поперек гребня.

Прямо перед нами величественно поднимается восточ­ная стена вершинной башни. Отсюда она особенно эф­фектна.

По мере нашего приближения к башне южная сторона гребня в верхней части становится более пологой, склон ее местами покрыт осыпью. На север круто уходят вниз до блеска отполированные непроходимые плиты. Вдоволь напившись из ручейка, стекающего со снеж­ника на перемычке перед вершиной, приступаем в 12 часов к заключительному этапу восхождения – штурму вершин­ной башни. Несмотря на сложность этого участка пути, он оказывается значительно легче, чем отдельные участки пройденной нами стены.

Вначале поднимаемся по восточной стене башни, кру­тым кулуаром с осыпями, затем по черепитчатым склонам средней трудности. Выйдя на площадку под громадной на­висающей плитой, обходим ее по узкой полке и поднимаемся на 60—70 м по крутым скалам северной стены. На пред­вершинный гребень выходим по восточной стене. С тщатель­ной крючьевой страховкой преодолеваем с севера нависаю­щую на юг плиту сложного «жандарма». Поднимаемся с рюкзаками, вес которых заметно уменьшился.

В 16 часов мы на вершине. Читаем записку группы И. А. Галустова («Буревестник»). Вкладываем в тур о своем восхождении, посвящая его тридцатилетию советского альпинизма.

Сквозь разрывы стремительно поднимающихся по юж­ной стене облаков всматриваемся во взлеты гребня, веду­щего к главной вершине.

Узкий, с отвесными, почти параллельными боковыми стенами, сколотый с торца гигантскими ступенями гре­бень—интересная и сложная задача для восходителей. Особенно труден первый взлет - сорокаметровая лента плит, уходящих круто вверх с нависающим скальным барьером. Этот барьер, как мы предполагаем, можно обойти справа по отвесной стене.

Детальному просмотру гребня и попытке выйти по нему на главную вершину (запасной вариант маршрута), к сожалению, препятствует непогода.

На гребне, отходящем от главной вершины к Домбайскому седлу, замечаем быстро спускающихся альпини­стов. Это группа ДСО «Наука».

Вокруг идет неистовая борьба между южным грозо­вым фронтом и северными восходящими потоками. Гро­зовой фронт уже висит над нами: «поет» торчащий из рюк­зака штычок единственного ледоруба, потрескивают капюшоны штормовок. Виктор Некрасов, приподняв шля­пу, немедленно приобретает прическу «бобрик». Сыплет снежная крупа.

Оставаться на вершине и пережидать непогоду опасно. Приходится немедленно начать спуск по основному вариан­ту - на юг. Стараемся не выходить на повышения гребня, где беспощадно покалывают разряды. Всюду по склонам ползет вниз снежная крупа и журчат ручейки. Порывы ветра бросают нам в лица смесь воды и снега. Порой невольно пригибаемся от оглушительных грозовых разрядов, хотя они для нас уже не страшны: высота потеряна.

К утру грозовой фронт прошел. Пересекаем кулуар и проходим одну за другой широкие полки южной стены. Организуем несколько спусков по веревке.

Спустившись по более пологой нижней части страны, удачно выходим на снежник южного Домбайского ледника и начинаем медленный подъем к Домбайскому перевалу.

Маршрут, занявший пять ходовых дней и оцененный группой V-Б категорией трудности1, следует считать на­пряженным и технически сложным. Наиболее трудные участки: выход на восточную стену и ее траверс от места первой ночевки, особенно преодоление пояса черных скал; нижняя и верхняя части северо-восточной стены; участок северной стены вершинной башни; «жандарм» предвер­шинного гребня.

Места ночевок были выбраны нами удачно. Можно еще рекомендовать площадку на восточной вершине, где при благоприятных метеорологических условиях можно ор­ганизовать хороший бивак.


I — ночевка слева от гребня контрфорса на уровне двух четырехугольных снежников, лежащих во впадинах восточной стены; 1 — 1—подъем по не­сложным скалам к камину, 30 мин.; 1—2 —наклонный камин 70 м, требует­ся крючьевая страховка; 2 — 3 подъем по желтым скалам к верхней части большого снежника, лежащего под поясом черных скал. Верхняя часть пути идет по полкам; 3 — 4 —подъем по трудной стенке по диагонали вправо с выходом на наклонную полку. Тщательная крючьеваястраховка. Все выходят без рюкзаков. Рюкзаки вытягиваются наверх с кромки снежника, лежащего под стеной; 4—II—траверс с выходом к нижнему снежнику под зазубриной на восточной стене. Путь идет по наклонным гладким плитам над поясом черных скал. Крючьевая страховка. Подъем и траверс от места первой ночевки 1 занимает 10—12 часов; II —ночевка под верхней частью восточной стены.

II—5—подъем по восточной стене с траверсом вправо по ходу 3 часа; 5 —место прекращения подъема на восточную вершину группы «Науки» в 1952 г.; 5—6-обход округлого скального выступа; 6—7 —подъем по стене 30 м, тщательная крюковая страховка; 7 —8 —подъем по северной стене по плитам с неблагоприятным наклоном ступеней, 5 часов; стену проходили в тапочках; 8 — 9 —выход по наклонной мокрой террасе под снежником к взлету, 60 м, 1 час, крюковая страховка; III—ночевка.

III—9 —спуск на юг (10 м) и траверс вправо; 9—10—подъем по стене взлета 80 м, крутые плиты, тщательная крюковая страховка. Первый прохо­дит маршрут без рюкзака. Всю стену проходят в тапочках; 10—II—сильно изрезанный гребень. Иглы и плиты гребня проходили «в лоб»; II —12 —вы­ход по южной стене взлета на перемычку под вершинной башней, скалы про­стые. Преодоление стены и гребня занимает 4 —6 часов: 12—13 —подъем по восточной стене башни сначала по несложным кулуарам с осыпями, затем по черепитчатым скалам средней трудности; 13 —обход угла под нависающей пли­той с выходом на северную стену; 13—14 —выход на предвершинный гре­бень; 15—выход с севера по плите наклоненного на юг «жандарма»: 15—16 — выход по гребню на вершину. Подъем на башню от перемычки занимает 4 часа.

IV—ночевка на перемычке С перемычки спуск по южной стене на Южно-Домбайский ледник и далее - через Домбайский перевал в Домбайское ущелье. От перемычки до Домбайской поляны 10—12 часов

1 Оценка утверждена классификационной комиссией Всесоюз­ной секции альпинизма, восхождению присвоено второе место по классу технически сложных восхождений в 1953 г.


http://www.alpinoid.com/blog/retro.40.aspx

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
 
© climbing.ru 2012 - 2016, создание портала - Vinchi Group & MySites
Экстремальный портал VVV.RU ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU