Алексей Корень: "Горы ошибок не прощают"

Дома на стене у Алексея Корня наряду с огромной фотографией с горного Пика Коммунизма висят два ледоруба, один из которых стал свидетелем весьма трагических событий. 13 июня 1990 года на Пике Ленина сошла лавина, накрывшая лагерь, где ночевали 45 альпинистов. Только двоим из них удалось выжить: ему, Алексею, и словаку Миро Грозману.
Алексей Корень

Тела троих погибших нашли спасатели, все остальные пропали без вести. Через двадцать лет ледник-убийца спустился вниз к подножию горы и начал таять, освобождая мумифицированные тела, их фрагменты и вещи альпинистов. Во время экспедиции 2010 года, организованной с целью найти пропавших и помочь им, наконец, обрести вечный покой, Алексей и обнаружил свой старый ледоруб, пролежавший два десятка лет в заточении.

Алексей родился в Ленинграде в 1955 году. Учился в английской школе. После поступил в техникум, окончил его с отличием и успешно сдал вступительные экзамены в ЛЭТИ. Именно там он пошёл в секцию по альпинизму. Потихоньку хобби переросло в профессиональную деятельность. Алексей занимался высотными работами. Знание английского языка позволило ему выступать в качестве гида для иностранных туристов, покорявших вершины СССР и Гималаев.

– Алексей, вы помните своё первое восхождение? Запомнилось ли оно вам?

– Первое восхождение – это 77-й год. В альпинизме есть градация: сначала ты значкист, потом идут первый, второй, третий разряды. Для их получения нужно набрать определённое количество гор. Первый раз я поехал в Баксан – район под Эльбрусом. Гора Виа Тау. Туда всегда всех новичков водят, это самая «новичковая» гора. Такая «кишка», которая ползёт вверх. Восхождение очень простое было, весь путь пешком идёшь, лезть нигде не надо. Но мы такие гордые были! В альпинизме есть такая шутка, что самый страшный человек в горах – это значкист. Он всё знает, но ничего не умеет. Вот у нас так и было. Правда, мы очень быстро росли. Регулярно ездили зимой в экспедиции. В итоге за два года 2-й разряд закрыли.

– А вы ведёте счёт своим восхождениям?

– Нет, не веду. В книжке альпиниста всё записано. Примерно 150 – 200 восхождений. Самые интересные из них – это сложные и высотные.

– Какие восхождения вы причисляете к таковым?

– Зимой мы на Пик Ленина ходили дважды. Это то ещё было приключение! Очень холодно и ветер жуткий абсолютно. В Питере, кстати, был очень популярен зимний альпинизм, поэтому у нас команда к таким условиям была хорошо подготовлена. Мы каждую зиму ездили в экспедиции, ни разу не пропускали. Тогда начались первые восхождения на семитысячники. В результате покорили их все, но с большими трудностями.

– О каких трудностях вы говорите?

– Например, когда мы ходили на Пик Коммунизма, то нужно было пройти под висячим ледником. А если он нависает, то с него постоянно что-то падает. Это такая стометровая стенка. Когда мы подходили к ней, то правая её часть рухнула. Из лагеря меня по рации спрашивают: «Живы?». «Да живы-живы – мимо прошло!», – отвечаю. Решили идти дальше. Вылезли наверх на ледник, а там трещина идёт в метрах двух от края. Ещё чуть-чуть, и это всё бы отвалилось. Так потом ребята московские спускались с Пика Коммунизма через неделю, было ещё маленькое землетрясение, и весь этот «нос» упал. Если бы мы там были, то и не нашли бы нас никогда. Этот маршрут, кстати, так до сих пор никто и не повторил.

– Скажите, а какое восхождение было физически самым сложным?

– Пик Ленина зимой. Это не представить. Нужно просто там быть. Постоянно дует ветер 30 метров в секунду. У нас крыши срывает, деревья валит, а там всё время так. И мороз 30–40 градусов. И во всём этом нужно как-то выживать.

– Как альпинисты приспосабливаются к таким условиям?

– Используют специальное оборудование и экипировку. Оборудование известно. Например, молния должна быть со сдвигом, чтобы не продувало, в куртке клапаны нужны, ботинки тёплые, гамаши ещё сверху, шапки.

А как альпинисты греются на высоте?

– На самом деле просто нельзя замерзать. Идти и идти, не останавливаясь. Палки для ходьбы мы обматывали пенкой, чтобы не обморозить руки. Ведь железо возьмёшь – всё, хана руке будет! Перчатки лучше не использовать – пальцы сразу замерзают. Вместо них большие рукавицы.

– Есть ли у вас любимый маршрут?

– Чаще всего я был на Пике Ленина. Но это так получалось. Я работал в международном альпинистском лагере. На вершине 6 раз был. Там уже всё знаешь, вплоть до маленьких трещинок.

– Что нужно для того, чтобы заняться альпинизмом?

Да ничего, просто желание. Заняться-то можно, а вот что дальше будет, непонятно. Сейчас всё разделено, скалолазание – это вообще отдельная ветвь. Раньше мы и тем, и тем занимались. В скалолазании нужны действительно хорошие данные. Мне, например, там делать нечего – я тяжёлый и большой. Там должен быть тощий, руки, как у обезьяны, длинные, сухожилия крепкие и физическая сила. В альпинизме меньше этих требований. Там больше морально-волевые качества нужны, выносливость, переносимость высоты. Бывают люди, которые не переносят высоты. Не потому, что они боятся, а просто организм не выносит. Он дошёл до 5 тысяч и упал.

– Что вам в альпинизме нравится больше всего?

– Красиво, во-первых. Я вообще люблю природу. То, что природа создала, – человеку никогда не создать. Спортивная составляющая играет роль. Ты залез, а никто не смог! И желание экстрима, конечно. Адреналин!

– Как происходит подготовка к восхождению, за какое время начинается?

– Готовимся обычно не к восхождению, а к экспедиции. Узнаешь, какой район, какие горы. От этого зависит, какое снаряжение нужно брать. Раньше с едой всегда проблемы были, ничего не было в магазинах. На складах доставали тушёнку, сгущёнку, колбасу, кофе. В серьёзные экспедиции сублиматы нужно брать, чтобы воды не было вообще, иначе не донести будет. Там снег есть – пожалуйста, топи. Но тушёнку всё равно берём. Иностранцы не понимают, но больно вкусная она!

– Есть отличия между нашими и иностранными альпинистами?

– Конечно, есть. Во-первых, они всегда были одеты шикарно. Мы же в рванине, самоделе. И причём они в основном «чайники» все, но были и сильные ребята. Чехи, немцы очень подготовленные, практически профи. Они приезжали со своими гидами, на которых мы смотрели и перенимали опыт. Ну и наши раздолбаи, конечно. Скажешь ему, туда не ходи, а он всё равно прётся. А потом его тащи – полуживого или мертвого.

– Даже трагедии случались?

– Да, на Кавказе, на Эльбрусе, чешка погибла, тело мы выносили. Не послушались, ушли они двое неподготовленные, не акклиматизированные, попали в снегопад, и в результате одна смогла спуститься, а вторая осталась погибать. Когда мы нашли её, она уже замёрзла. Много таких. Сейчас тяжело стало в горах из-за наплыва абсолютных «чайников», которые ничего не умеют, прутся, в МЧС ничего не сообщают. А нужно обязательно сообщать в службу спасения, куда ты и когда идёшь.

– Получается, что альпинизм крайне опасен?

– Он опасный на высоких результатах, когда ты на грани возможностей: то ли сорвёшься, то ли нет, залезешь – не залезешь. И опасен для новичков.

– Вы участвовали в соревнованиях по альпинизму?

– В первенстве СССР несколько раз участвовали, мастера спорта там закрывал. В первенстве Ленинграда 2 раза зимними чемпионами стали.

– Можете описать ощущения на вершине?

– А по-разному бывает. Иногда хочется уже поскорее вниз, поесть хорошо и там уже собой гордиться. А бывает – легко до­шли, посидели на вершине, посмотрели. Я на Пике Коммунизма один раз был на вершине в одной футболке. Редчайший вариант! Светило солнце, и не было ветра. Красиво! Это не представить, нужно там быть! Даже фотографии не передают всего!

– Есть какие-нибудь в альпинизме традиции?

– На вершину приходишь, там есть банка, а в банке записка. Ты заполняешь специальную форму: по какому маршруту пришёл, кто руководитель, сколько человек. Туда эту записку кладёшь, а ту вынимаешь. Раньше строго было: не принёс записку – значит, не был на вершине!

– Есть ли в альпинизме неписаные правила, которые понимаешь, только побывав на вершине?

– Помогать нужно друг другу, если что. На маршруте водку пить не надо, это уж точно! А в высотном альпинизме есть правила, которые обычному человеку не понять. То есть если человек не может идти сам на высоте выше 8 тысяч, то бесполезно его спасать. Правильнее бросить. Человек ещё живой, он тебе что-то говорит, но идти не может. Нужно его оставить, иначе, помимо него, ещё кто-то погибнет. Это здесь не понять. Когда такие вещи происходят, то начинается со всех сторон: «Бросили человека, мерзавцы!», а кто знает, тот поймёт, что поделать ничего нельзя. Часто люди погибают, когда на высоте переоценивают свои силы. До вершины доходят, а на обратный путь сил не хватает.

– Расскажите о том трагическом случае на Пике Ленина.

– На Пике Ленина есть несколько лагерей, где останавливаются альпинисты. На высоте 4200 метров – базовый, второй на 5200 и на 6100 – штурмовой, с которого идут уже на вершину. Второй лагерь представляет собой огромную плоскую поляну, над которой нависает склон. Её прозвали «сковородка». Мы сходили на акклиматизацию, поставили палатки, ушли вниз отдыхать. В тот вечер был жуткий снегопад. Я такого вообще никогда не видел! Но вскоре погода стала хорошей, и мы выдвинулись на восхождение. Один наш парнишка стёр себе ноги и не пошёл. Ещё четверо опоздали и остались в базовом лагере.

Когда мы пришли к «сковородке», я заметил, что двое англичан с чехами поставили палатки перед траверсом, где часто сходят небольшие лавинки. Я их пре­дупредил, но они ответили, мол, чехи совсем «сдохли», поэтому мы уже никуда не пойдём. Я напросился на ночевку в другую палатку, потому что я большой – место много надо. Лёг в спальник, приготовил кисель, уже начал засыпать. В этот момент сошла лавина. Проснулся от того, что идёт ударная волна и рвёт палатку. Меня выбросило, понесло вниз крутить-вертеть-ломать! Помню, начал задыхаться от снега, пытался как-то руками рот прикрыть, сгруппироваться. Если бы сознание потерял, то всё! Так пролетел метров 600–800. В итоге упал на живот с серака с 25 метров высоты.
так выглядят альпинистские ледорубы

Спросонья ничего не понимаю. Где? Что? А потом доходит – лавина! Слышу, меня кто-то о помощи просит. Смотрю, словак Миро Грозман по пояс в снегу – не вылезти ему. Вытащил его из снега. Начали вещи искать, ведь мы в носках, без верхней одежды, штаны изорваны. Чудом не пострадал, но тело всё было в синяках. За собой ещё увидел торчащие ноги. Но вытащить тело мы не смогли бы – его на следующий день 3 часа ледорубами вырубали. Нашли кое-какие вещи, куртку, которые лавина раскидала. Самое интересное, что до англичан с чехами лавина не дошла. Они видели, как смело лагерь, слышали, как мы кричали, но не смогли к нам спуститься. На следующий день один чех отправился вниз, чтобы сообщить о случившемся. Когда его встретили в нижнем лагере, то не поверили ему. Наши четверо опоздавших пошли наверх, чтобы самим всё проверить. По пути встретили альпиниста, который ночевал в лагере выше. Он и подтвердил, что лагерь уничтожен. Тут начались массовые спасательные работы. Кто-то заметил наши с Мирко следы, по которым поняли, что выжившие есть.

А мы нашли тёплые коврики, обрывки палатки, завернулись в них и кое-как переночевали и пошли с утра вниз. Снега много было, босиком тяжело идти, холодно. Вдобавок напало белое безмолвие. Это когда снег, туман, и ты вообще не понимаешь, куда идёшь. Я снежки вперёд бросал, чтобы хоть какой-то ориентир был. Шли так долго, где-то до 7 вечера. Потом Мирко сказал, что не может больше идти. Я его накрыл тёплыми вещами и пошёл искать спасателей. В итоге встретил их, и они привели меня лагерь на высоте 4200. Меня осмотрел врач, ввёл банку анестезии, потому что на спину не лечь было – один сплошной синяк, и я заснул.

Кстати, интересно, что этой же осенью мы поехали в Непал в Гималайскую экспедицию и там встретили одного из англичан. Он нам рассказал, что его напарник, который был с ним на Пике Ленина, разбился на самолёте при приземлении в Катманду.

– Психологически было сложно снова идти в горы?

– Нет. Я теперь чётко знаю, если бы сам был виноват, то наверняка был бы страх. А тут просто сошло, что ж сделать-то теперь?

– Вы верующий человек?

– Нет. Мне помогло то, что я был физически сильным.

– Как вы участвовали в поисках тел погибших альпинистов?

– Мы поехали в 2009 году, когда начали вытаивать останки. Собирали вещи, в мешки складывали тела и кости. Там есть камень, где висит табличка с именами всех погибших. Нам киргизы выделили гектар земли вокруг камня, там хоронили останки. Опознать их уже было невозможно. Я ездил туда ещё в 2010 и 2011 году. А этим летом нашли три мумифицированных тела. В итоге пока обнаружены останки около 10 человек, троих из которых опознали.

– А лавину можно как-то подгадать?

– Нет. Лавиноопасные склоны известны. Есть правила пересечения таких склонов. Тут совпало всё вместе. Было небольшое землетрясение. Есть версии, что китайцы ядерный заряд испытывали либо в Афганистане землетрясение было. Плюс масса снега. На этом месте 30 лет не было лавин.

– Горы чем-нибудь различаются между собой?

– В общем-то, ничем. Молодые – они высокие, острые, а старые все разваленные. В Гималаях, например, они сейчас растут. Платформы друг на друга наезжают.

– Альпинизм изменился со временем?

– Технически – да. Новые приспособления, ботинки, кошки позволяют пройти такие маршруты, которые раньше не проходили. Техническая и физическая подготовка стала сильней. За день покоряют семитысячники. А морально-волевые качества как были, так и остались. Я считаю даже, что раньше они были выше. Стоит только вспомнить, в чём на Эверест Хиллари и Тенцинг ходили. Я бы в этом даже не пошёл.

– На какой максимальной высоте вы были?

– На 8 тысячах. В Непале на Чо-Ойю ходили. Сразу после той лавины поехали туда. Мы, собственно, и готовились к ней на Пике Ленина.

– Ментально нужно готовиться к восхождению?

Да, конечно. Бывает, что просто страшно. Новички мандражируют. Если есть такое, то лучше вообще никуда не ходить. Так люди потихоньку из альпинизма и вываливаются.

На 25-летие трагедии в 2015 году Алексей планирует поехать в очередную экспедицию по поиску погибших.

Алесь ГОРОБИЙ
Фото Антона ЛЯПИНА
Источник: Газеты "Всеволожские вести" № 95 (1914) 18 ДЕКАБРЯ 2013 ГОД

Комментарии (2)

Всего: 2 комментария
#1 | Владимир О. »» | 09.06.2014 16:38
  
1

- "золотая " ленинградская команда 77-го года, двое из них , Трощиненко и Щедрин, погибли на пике Ленина в той лавине.

http://www.alpklubspb.ru/ass/a262.htm


PS
я подредактировал Володя, поставил фото как нужно.
Анатолий
  
#2 | Мария »» | 06.06.2016 21:20
  
0
Здравствуйте, мне бы с Алексеем как-нибудь связаться. Не могу найти его контакт. Я племянница одного из погибших на пике ленина. Хотела узнать как можно помочь или поучаствовать в поездке...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
 
виллы в крыму на берегу моря аренда по доступным ценам
© climbing.ru 2012 - 2017, создание портала - Vinchi Group & MySites
Экстремальный портал VVV.RU ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU